Глаза оленёнка

Ярким светом юпитеров залита сцена.

Я, уставший от роли, прищурил глаза,

Дочитав окончанье родного катрена.

От пророчества замер восторженный зал.

Уберите огонь! Там один на галёрке.

Я узнал, пусть прошло, много вырвано лет.

Этот мальчик, ребёнок, глаза оленёнка.

И сильнее юпитеров глаз этих свет!

Он жалеет меня, одуревший от боли.

Голосок его слаб между мною и злом.

А на нежной душе нужны жизни мозоли,

Чтобы выжить, сынок, чтобы нам повезло.

Я вот смог. Я узнал в твоём яростном взгляде,

По дорожкам солёным на бледных щеках.

Ты ведь я, ты – душа моя. Плакать не надо.

Всё старо в этом мире: и боли, и страх.

И, забыв свою роль, я кричу и беснуюсь.

Я ему объясню: "Так не кончится бой!

Там пригнись, тут смолчи, отвергай поцелуи.

Это было со мной, это будет с тобой".

Свет костров освещает не сцену – арену.

Выпускают зверей, мокр от крови песок.

Отвернись, бой последний, готовят замену.

Я запомню не рёв их, а твой голосок.