Одиссея Владимира Чижика

Обновлено: 17 окт. 2021 г.



Одиссея Владимира Чижика

Б. Турчинский




Владимир Чижик. Не уверен, что сегодня это имя широко известно, но в 60-70 годы Владимир Чижик был кумиром многих музыкантов, а для меня два коллектива, в которых он играл, были воплощением самого высокого эстрадного и джазового искусства.

Прекрасно помню виниловый диск Всесоюзной фирмы грампластинок «Мелодия», который в 1970 году мне подарили на день рождения: он назывался «Приятный вечер», это была музыка композитора В. Долгова в исполнении ансамбля под управлением В. Людвиковского, и солировал там Владимир. Это был самый дорогой подарок, полученный в тот день.

Напомню своим сверстникам и расскажу молодежи. В те времена каждый вечер после 24-00 на радиостанции «Юность» в качестве заставки к передаче «Для тех, кто не спит» на весь Советский Союз звучала труба Чижика (это была «Колыбельная» Алексея Мажукова).

Владимир Чижик солировал в саундтреках множества знаменитых игровых и мультипликационных фильмов и телепередач: "Операция "Ы", "Кавказская пленница", "Романс о влюбленных", "Бременские музыканты", "Ну, погоди”, «12 стульев» (режиссёра Л. Гайдая), “Кабачок 13 стульев", "Варежка" …


… Обычно я не скрываю, «откуда дровишки» моего нового очерка. Не изменю традиции и на сей раз.


Мой друг, томский композитор и дирижёр Валерий Ермошкин, прислал мне видеообращение Владимира Чижика к композитору Мураду Кажлаеву.

Мне было известно, что в 1974 году Чижик уехал в Америку, занялся бизнесом и преуспел на этом поприще. Помню также, как в советской прессе перепечатывалась информация о том, что эмигрировавший Владимир Чижик зарабатывает на жизнь игрой на похоронах – публиковалась даже фотография… На самом деле фото было сделало на похоронах отца Владимира.

Вспомнились все ниточки, связывающие меня и Владимира Чижика: известный израильский трубач Натан Бирман, тромбонист Михаил Хейбудин, мои друзья-духовики из Львова, - которые мне рассказывали о Владимире. Я и сам отчасти львовянин. Служил в оркестре штаба ПрикВО, а в конце службы был откомандирован в ансамбль песни и пляски округа. Оказалось, что Владимир Чижик три года играл в этом коллективе. Тогдашний трубач мне рассказывал: «Чижик - трубач каких мало. Бомбил все подряд, любую музыку».

Ну и еще одна ниточка — это наш трубач из оркестра штаба, концертмейстер группы труб Петр Лазаревич Брильман, который служил с Владимиром в Ансамбле песни и пляски.


Я набрался храбрости и позвонил в Нью-Йорк. Владимир сразу мне ответил, и у нас завязался, на мой взгляд, теплый разговор.


- Владимир, расскажите о своём детстве, о родителях?



Я родился в Киеве, в очень известном месте, на улице Прорезной.

В соседнем дворе жили мои дедушка и бабушка Раппопорт – родители мамы. Через много лет я навестил это место вместе со своей американской женой Ширли и сыном Майклом.

Мне было почти 4 года, когда началась война. Папа, Илья Лазаревич Чижик, был хороший специалист-связист, окончил Одесский институт инженеров связи. После окончания института он получил назначение на Киевскую АТС, где был начальником. Тогда это была стратегическая должность, и ему была предоставлена отсрочка от призыва. Но отец был патриотически настроен и рвался на фронт. В один из дней он приехал к нам домой на газике с водителем и сказал маме (он называл ее Котенька), что у нее есть 15 минут на сборы. Именно благодаря этому его поступку мы выжили. Скоро немцы должны были зайти в Киев, а последний поезд уходил через 40 минут. Мама быстро вытащила стариков, но дедушка Лазарь, папин отец, и его дочка Евгения уезжать отказались. Дедушка не верил, что немцы могут творить ужасные вещи по отношению к евреям, - мол, все это пропаганда, и они останутся присматривать за домом.

Дедушка Лазарь и моя тетя Евгения погибли в 1941 г. в Киеве, в печально известном Бабьем Яру. Подробности и детали в 1945 году рассказала моим родителям наша няня-домработница Луша. Я был в этом печальном месте. Заходил в синагогу. Почтил память родных возле стелы с именами убитых.

… Итак, мы уже на вокзале. Папа с водителем побежали купить что- то на дорогу, но, когда вернулись, поезд уже ушёл. Папа помчался на ближайшую станцию, чтобы догнать поезд, но и туда не успел. Никакие расписания не соблюдались. Интересно, что и в вокзальном буфете купить было нечего... И папа где-то купил мешок шоколада…


Эвакуация


… Приехали мы - мама, мамины родители и я - в Ташкент, где нас приняли хорошо. У мамы был опыт работы в организации, относящейся к министерству сельского хозяйства, и она в первый же день устроилась на работу. Позднее наша знакомая помогла нам узнать о судьбе отца. Оказывается, отец со своим подразделением попал в окружение, но каким-то образом им удалось вырваться и соединиться с действующей армией.

В школу я пошёл в 6 лет, но уже на Урале. Эвакуация продолжалась. Посёлок Кисигач Чебаркульского р-на, Челябинской области. 1943 год. В 1945 году друг моих родителей Бражник Вениамин Васильевич стал директором львовского объединения «Укрглаввино». Ему мы и обязаны тем, что очутились во Львове. Отца демобилизовали только в 1947 году: задержали как ценного и нужного армии специалиста.





На фото: профессор Львовской консерватории В.А. Швец






Расскажите о первом учителе? Как в вашей жизни появилась труба?


Во Львове я пошел во Дворец пионеров на ул. Короленко, где был духовой оркестр, которым руководил известный в городе трубач, преподаватель консерватории и солист оркестра театра оперы и балета, Швец Владислав Александрович. Определенный опыт чтения с листа у меня уже имелся, т.к. до этого к нам домой приходила учительница заниматься со мной на фортепиано. Владислав Александрович дал мне в руки тенор и… Дома, когда я его принес, все были в шоке, мама заплакала даже. «Где мелодия?» —спросили родные. Я всем доходчиво объяснил, что это аккомпанирующий, но важный инструмент, а мелодию играют баритоны и трубы.

Вообще-то я хотел играть на барабанах, но Владиславу Александровичу нужен был второй тенорист - и он меня уговорил. Я «проквакал» на теноре несколько недель и, к удовольствию домочадцев, меня перевели на трубу.

Швец мне показал правильную постановку, аппликатуру. Думаю, мне повезло в жизни, что мне встретился такой серьезный и знающий педагог…

Первая моя работа или, как называли музыканты, халтура у меня была на избирательном участке. Пригласил меня аккордеонист. Мы играли там с самого утра, с шести часов.


А мой педагог Владислав Александрович по этому случаю дал мне свою трофейную серебряную трубу.


Отвечая на ваш вопрос, Борис, со всей ответственностью заявляю, что Швец В.А. - мой первый и главный учитель музыки. И не только музыки!

Как и мой отец, он прошёл всю войну, до самого конца. Настоящий фронтовик, за боевые заслуги награждённый орденами и медалями страны.

Мой учитель много лет дружил с моей̆ мамочкой̆, которая во Львове работала в обкоме Профсоюза работников культуры. Владислав Александрович был профсоюзным деятелем в театре оперы и балета и по своей профсоюзной работе часто приходил к моей маме на работу. Мои родители и Владислав Александрович с женой Тамарой дружили и домами, часто бывали друг у друга в гостях.

Позже, по велению сердца, мой Учитель много лет ухаживал за могилой моей матери.

- Недавно я нашел в интернете внучку своего дорогого Учителя!


Ее зовут Анна Дзялак-Савицкая, она скрипачка, лауреат международных конкурсов, живет и работает в Швейцарии. Я написал ей - и она мне ответила:

«Приятно, что моего любимого дедушку помнят и такие люди, как вы, Владимир Ильич, - известный музыкант. Он вами всегда гордился!

Дед оставил мне заповеди, по которым жил сам. Вот главные из них:

• Никогда не обсуждать своих коллег и не высказываться о них негативно. Даже дома. Табу.

• Видеть и чувствовать разницу между «поговорить» и «посплетничать». Он говорил: «Запомни: человек, который сплетничает с тобой, сплетничает и о тебе!»

• Не пренебрегай тем, чтоб работать бесплатно.

(Для него взять деньги за консультацию было равноценно преступлению. Понимаю, что такие жесты ценились в его время больше, чем в 21 столетии. Уверена, что и в дальнейшем он поступал бы так же. Но, возможно, сейчас я бы с ним поспорила, потому что считаю, что «за шоколадку» работать категорически нельзя...)

• Люби музыку ради музыки».


В поисках пути


… окончив школу, я сыграл вступительный экзамен в консерваторию, и В.А. Швец с удовольствием хотел меня взять в свой класс, но…

Мне все это показалось скучным, и я не стал учиться в консерватории. Вместо этого я поступил во Львовский медицинский институт. Кстати, и в этом мне помогла труба. В институте был приличный оркестр, меня туда сразу взяли на первую трубу. Руководителем был известный во Львове зубной врач Кеслер Филипп Максимович. Но скажу, что труба трубой, а экзамены я сдавал на общих основаниях, как все. Проучился год, а после первого курса меня забрали в армию. Вышел приказ Н.С. Хрущёва: ввиду нехватки допризывной молодежи, с первых курсов ВУЗов призывать всех, кому пришло время. Пришло время и мне – и я стал служить в ансамбле песни и пляски Прикарпатского военного округа.

Особенно важную роль в моей жизни, безусловно, сыграло то обстоятельство, что я жил во Львове - городе, который был одним из центров музыкальной культуры Украины, да и не только. Более 60 музеев, множество фестивалей различных направлений, 7 кинотеатров, где играли оркестры, симфонический оркестр, театр оперы и балета, военные оркестры, ансамбль песни и пляски ПрикВО, десятки танцплощадок, где играли очень интересные эстрадные коллективы. И это, наверное, не все…


На коротких волнах

- Владимир, вы мне рассказывали о роли коротковолнового приёмника в вашей жизни…


Это немаловажный фактор для моего самосовершенствования. И в этом, сам не зная того, сыграл роль мой отец. Я вам рассказывал, что он был связист по специальности и у нас дома был радиоприёмник с короткими волнами. А это значит, что я мог слушать программы из Америки - и я их жадно слушал (такие приемники были запрещены в стране, и нарушение запрета каралось очень жестко). Конечно, слушал я, в основном, джазовую музыку, передачи Уиллиса Коновера, радиоведущего и джазового продюсера «Голоса Америки». Начиная с 1955 года его радиопередача Music USA вещалась по всему миру, собирая у приёмников миллионы людей. В период холодной войны, в связи с нарастающим интересом к живому джазу в странах Восточной Европы, Коновер с его ночным вещанием стал очень популярен. Я слушал лучшие оркестры мира. Копировал в игре манеру и стиль лучших трубачей мира.


Ансамбль песни и пляски ПрикВО


Три года службы в этом коллективе и были моей консерваторией.