Шёл человек, а в глазах его - ночь, темнота. Той темноте, как казалось всем, не было дна. Шёл он по улицам, палочкой шаг направлял. Он не бродил - он спешил в переполненный зал. Город - оркестр. В нём и скрипки, и вИолончель. Это для зрячих - акации, липы да ель. Духом бетховенским город пропитан насквозь. Слышал слепец, как мелодией всё налилось. Звуки стекали с листвы на асфальт и в траву. Разноголосие птиц создавало канву. А для слепца город “Аве Мария“ играл. Топаньем ног аплодировал...

Наклонилась к ручью, чтоб напиться воды - Не смогла: Там две звёздочки плыли напЕрегонки. Я ушла - Что мешать? Им-то сроку всего до утра И - домой. Словно с вышки прыжок - их накрыло водоа С головой. В небе месяц-дружок им сигнал подавал - Мол, пора. А рассвет торопился и ночь прогонял Со двора. Я вернулась к ручью, зачерпнула воды - А она Отраженьем смеётся, как те две звезды. Вся в меня.

ПозвАла ночь пройтись вдвоём. Мы шли по улицам, вдоль моря. Там бриз, с волной тихонько споря, Бродил по пляжу босиком. Мне ночь дала воздушный шар. И я за нить луну держала И улететь ей не давала, Чтоб ветер вдруг не отобрал. Я оглянулась. За спиной - Как в сказке - город весь искрится. Огней весёлых вереница Уже не сзади - подо мной. Ручьи дорог текут с холмлв, И улиц чёрные каскады, Реклам зажжённые лампады И окна-ночники домов. Мы пили время, как вино, И говорили, и шутили, Звезду...