Феномен Григория Херсонского Б. Турчинский



" О маэстро Херсонском можно сказать, что у него совершенный и мягкий тембр звука,

потрясающая техника, прекрасное умение управлять течением музыки.

Поющий тромбон — не иначе!"

Народный артист Украины, народный артист России,

профессор Владимир Кожухарь.


Имя Григория Херсонского — выдающегося тромбониста, педагога, российского музыканта из плеяды «небожителей» — хорошо знакомо кругу моих читателей.

Судьба свела нас в конце 90-х годов в Израиле, где мы оба работали в муниципальной консерватории города Петах-Тиквы. Наши классы находились рядом, и это дало нам возможность познакомиться поближе. Авторитет его был для меня непререкаемым, и я часто заходил к нему в класс, чтобы спросить совета или услышать мнение старшего коллеги по тому или иному вопросу.

Григорий — приятный собеседник, и за десять лет нашего общения я услышал немало интересных историй, связанных с его творческой жизнью. Он так же, как и я, прошел через военно-оркестровую службу, был воспитанником оркестра. Впоследствии был солистом эстрадно-симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения, симфонического оркестра радио и телевидения СССР, и такого выдающегося коллектива, как Гос. оркестр СССР под управлением Евгения Светланова.

Работа в Государственном симфоническом оркестре, носящем сегодня имя Е. Ф. Светланова, — это концерты по всему миру, выступления на ТВ, огромное количество записей на радио и грампластинках, масса встреч с музыкантами с мировым именем!

Рассказы Херсонского не могли не тронуть мою творческую душу, и я решил и тебя, мой дорогой читатель, познакомить с удивительным и мудрым человеком Григорием Херсонским. А кто лучше, чем он сам, сможет обо всем рассказать?.. Впрочем, начнем с сухой деловой справки.


«Григорий Михайлович Херсонский (Вуль), р. 26 авг. 1937 г., Кировоград, Украина, — тромбонист и педагог, артист симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения, солист Государственного симфонического оркестра СССР, заслуженный артист РСФСР».


В дате рождения, однако, ошибка. О точной дате спросим его самого.

Григорий Херсонский окончил Московскую консерваторию в 1961 году в классе Павла Чумакова. П. Чумаков был выдающимся музыкантом и педагогом. В 1936–1939 годах учился в училище имени Гнесиных по классу тромбона у А. Никитина, в 1951 окончил Московскую консерваторию у В. Щербинина. С 1949 года — солист Государственного симфонического оркестра СССР. С 1952 года он преподавал в Московской консерватории (с 1965 года доцент, затем профессор).

Херсонский прошел трудный и интересный творческий путь от артиста оркестра Московского театра имени ленинского комсомола, до солиста первого симфонического коллектива страны. Перед этим была победа на первом послевоенном Всесоюзном конкурсе музыкантов-исполнителей на духовых инструментах в Ленинграде в 1963 году.

Детство

...Больно вспоминать, как не стало мамы. Зашла в Кировограде на почту получить письмо от отца с фронта. Выходя, была убита бомбой, сброшенной немецким самолетом. Все это было на моих глазах...

Моим воспитанием занялась бабушка Лариса. Мы продолжили эвакуацию вглубь страны, в Сталинабад. Увы, в 1942 году бабушки не стало, и меня забрал в Москву мой родной дядя Борис, там я жил у родной сестры мамы, Полины. Трагическая цепочка на этом не закончилась, и в 1943 году мы получали похоронку на отца Милия Израильевича Вуля.

Ярким воспоминанием детства было то, как по Москве вели пленных немцев, после их поражения под Сталинградом. Обреченные и поникшие брели они по главным улицам Москвы при большом скоплении народа. По сторонам их охраняли наши автоматчики, чтоб их не растерзали. Хотя люди больше смотрели на них с любопытством. И никто не пытался на них наброситься. Все чувствовали, что в войне наступил перелом, но, сколько еще оставалось до конца войны, конечно еще, не знали.

В этом же году приехал к Полине ее сводный брат Херсонский Петр Петрович, офицер Советской армии. Это ему пришла в голову мысль, чтобы я стал воспитанником полка, дислоцированного во Владимире. В этом полку уже находилось тогда 23 мальчика. Всех, кто был старше 10 лет, затем отправили в суворовские училища, а мне было меньше, решили оставить в полку. Так я стал сыном полка.

Из Владимира, Петр Петрович, выйдя на пенсию, отвез Гришу на свою родину в Самарканд и определил в детский дом, дав ему при этом свою фамилию. К счастью, там был духовой оркестр. «Должен сказать, что оркестр у нас был довольно приличный для уровня детского коллектива», — вспоминает Григорий те годы.


Через много лет, отыскав в архиве дело родного отца, Григорий решил вернуть себе настоящие фамилию и отчество, сохраняя благодарность советскому офицеру Херсонскому, приведшему сироту в детский дом. К тому же, в Самарканде была перспектива стать воспитанником

военного оркестра.


Итак, сегодня и уже много лет это Григорий Михайлович Вуль.

— Борис, я знаю, что в Интернете, на различных сайтах, в том числе и в Википедии, есть биографические неточности. Очень надеюсь, что, когда мы закончим очерк, и ты все узнаешь от меня, то найдешь техническую возможность сделать исправления. 20 августа 1937 года — это дата моего рождения, записанная в детдоме номер 3 города Самарканда. Но родился я в Кировограде, на Украине, а в Самарканд мы приехали несколько позже.


Вспоминаю директора детского дома Зою Самсоновну Аванесову. Не знаю почему, но большинство окружающих нас людей в детдоме были армяне. Аванесова была мудрым, справедливым и добрым педагогом, и мы, ребята, не могли этого не ценить. Она была нам как родная мать.

Моим первым преподавателем музыки был дирижер оркестра детдома Алексей Максимович Малышев. Он первым увидел во мне музыкальные задатки и дал мне в руки баритон. Мне тогда было 10 лет.


Музыкальное училище, Самарканд


О тех годах осталось много теплых воспоминаний. И об учителях, и о друзьях-товарищах.

Эвакуация в Самарканд многих талантливых музыкантов-исполнителей и творческих коллективов Советского Союза дала толчок плодотворному развитию музыкальной культуры города.

+++

Военные годы можно назвать периодом укрепления интернациональных связей музыкально-общественной жизни Самарканда, чему способствовал усилившийся контакт местных музыкантов с представителями культуры других советских городов. А главными достижением в этот период стало открытие музыкального училища, ставшего впоследствии не только важным учебным заведением, но и одним из центров музыкального просвещения городского населения. Педагоги и студенты училища активно вели музыкально-просветительскую деятельность, что было очень важно на тот момент и способствовало общему подъему музыкально-общественной жизни и в целом всей культуры города и области.

Талант и трудолюбие Григория Херсонского позволили ему с легкостью поступить в музыкальное училище в Самарканде в 1953 году. Там его талант раскрылся настолько, что в следующем, 1954 году, ему, еще студенту второго курса, предложили возглавить класс тромбона!

С отличием окончив училище, молодой музыкант в 1956 году поступает в Московскую консерваторию в класс знаменитого профессора П. И. Чумакова, выдержав большой конкурс. В Москве перед ним открываются большие музыкальные горизонты. Григорий в самом центре культурной жизни, посещает многочисленные лекции и концерты.


«В музыкальном училище мне пришлось учить самого себя, — рассказывает Григорий Херсонский, — Я сам был себе преподаватель. Случай уникальный!


Пришел на первый урок к преподавателю Леониду Рувеновичу Тельянцу. Это был молодой парень, довольно приятной внешности, очень общительный. На меня он произвел хорошее впечатление — подумалось, что с этим педагогом будет интересно. Не шутка ведь — четыре года нам предстояло быть вместе! Урок прошел интересно, но... Леонид Тельянц поехал в Ташкентскую консерваторию и.… поступил. Нам пришлось расстаться. Тут и начались мои мытарства, вернее — мытарства дирекции училища. Что со мной делать?

+++

Продолжил занятия со скрипачом Евгением Зиминым, далее определили к Виталию Руденко, хормейстеру, который в свое время играл на тромбоне во флотском духовом оркестре. Но на этом ряд моих преподавателей не закончился. В конце концов, я оказался учеником самого директора музыкального училища Сергея Сергеевича Канальчука. Он же мне предложил на втором курсе стать преподавателем училища. Я учился по всем дисциплинам как все, а отдельно от этого преподавал. Дали мне одного студента из далекого аула и благословили на преподавательский труд.

Такие были времена: преподавателей не хватало — тем более, на такой редкий инструмент как тромбон. Да и не надо забывать, где это все происходило.

В училище со мной занимался ныне известный дирижер Захид Вахидович Хакназаров. Уже в 1965 году он возглавил Симфонический оркестр Узбекской государственной филармонии и руководил им до 1979 года. С 1979 года он занимал пост ректора Ташкентской консерватории. Также со мной учился будущий профессор Алма-Атинской консерватории Аркадий Зимович Димонт. Мы были друзьями еще с детдома.


«О нашем курсе я должен рассказать отдельно»

Хочется отдельно рассказать о нашем курсе в Московской консерватории имени П. И. Чайковского, где я учился позже. Курс состоял из 23 музыкантов, каждый из которых стал лауреатом Всесоюзных или Международных конкурсов музыкантов-исполнителей!

Трубач Лев Володин, кларнетист Лев Михайлов, трубач Павел Усач, народный артист Молдавии... Усачи — легендарная семья. Отец играл на трубе, баритоне, барабане, а все его сыновья — трубачи. Так сказать, «в трубы дули Усачи». Орест и Михаил работали в Большом театре, Павел в прославленном ансамбле «Жок», Георгий — в не менее известном ансамбле «Флуераш». Несмотря на разные характеры — трубачи они были замечательные!

Со мной также учились: флейтисты Марк Рубинштейн и Евгений Игнатенко. Игнатенко — впоследствии солист оркестра Большого театра, участник известного квинтета духовых инструментов театра. Гобоист Геннадий Керенцев, музыкант и педагог, профессор Московской консерватории, преподаватель Центральной музыкальной школы при Московской консерватории. Фаготист Всеволод Бренер, солист Государственного оркестра Союза ССР. Тромбонист Виктор Баташев, солист БСО, профессор Московской консерватории, кларнетист Рафаэль Багдасарян — кларнетист, народный артист РФ, профессор Московской консерватории и другие. Как не гордиться такими сокурсниками!


От автора. О Рафаэле Оганесовиче Багдасаряне мы с Григорием Михайловичем разговорились особенно. Дело в том, что Херсонский не знал о смерти Багдасаряна (умер он незадолго до нашей беседы). «Светлый, солнечный человек был, — рассказывает Херсонский, — мы его все очень любили. Знаешь, Борис, я в силу возраста не дружу с компьютером, а может это к лучшему, так и не узнал бы об этом печальном событии» ...

Из моих однокурсников, хотя дороги они мне все, хотел бы отметить еще Льва Михайлова, превосходного кларнетиста, и не только... Лева одним из первых освоил саксофон и прилично на нем играл. Выпустил ряд пособий, переложений. И хотя пальма первенства досталась Маргарите Шапошниковой, должен сказать, что и роль Михайлова в создании отечественной школы игры на саксофоне огромна!

Попросту Лева, в отличие от Маргариты Шапошниковой, не смог и, наверное, не захотел полностью переключится на саксофон, поскольку любил кларнет все же больше. С Михайловым мы работали в оркестрах Юрия Силантьева и Евгения Светланова. И на Всесоюзном конкурсе музыкантов-исполнителей мы оба стали лауреатами. Это был порядочный и добрый человек, большой музыкант.


Григорий Херсонский продолжает


В 1957 году я прошел по конкурсу в оркестр театра имени Ленинского комсомола. С 1959 года стал работать в оркестре оперной студии Московской консерватории. Играл партию первого тромбона.

Тут мне посчастливилось музицировать с великими вокалистами И. Архиповой, Т. Милашкиной, впоследствии солистками Большого театра СССР.

В 1960 году я прошел по конкурсу в эстрадно-симфонический оркестр радио и телевидения под управлением народного артиста СССР Юрия Силантьева.


Силантьев дублей не любил


1960-й год. Херсонский работает в известном на всю страну эстрадно-симфоническом оркестре радио и телевидения СССР под управлением Юрия Силантьева. Оркестр обладал огромным репертуаром, аккомпанировал лучшим эстрадным певцам, постоянно участвовал в записях музыки кино- и телевизионных программ.

Ю. В. Силантьев не любил делать дублей, поэтому от музыкантов требовалось большое мастерство и концентрация, чтобы все получалось с первого раза.

Сам он в оркестр пришел в 1958 г. И за несколько лет из просто эстрадного превратил оркестр в эстрадно-симфонический. С отличием окончивший консерваторию по классу скрипки, Силантьев в душе всегда оставался классическим музыкантом. С ним оркестр начал исполнять Генделя и Глюка, Бранденбургские концерты Баха, одним из первых сыграл скрипичный концерт Тихона Хренникова.

Но и эстрада влекла не меньше классики. Пахмутова, Островский, Кобзон, Лещенко, Магомаев — концерты с участием этих композиторов и исполнителей собирали тысячную аудиторию.

Была удивительно интересная работа. Чтобы перечислить всех солистов — книгу надо писать. Сколько концертных выступлений! Лучшие гастроли. Юрий Васильевич Силантьев был значительной и уважаемой личностью, как в музыкальных кругах, так и «там, наверху».


Записи


Считаю важным привести список имеющихся записей на грампластинках, сделанных когда-либо с участием Григория Херсонского. Записи фирмы «Мелодия».

Эрнест Блох. Концерт для тромбона с оркестром: I. Maestoso, II. Agitato, III. Allegro deciso. Григорий Херсонский (тромбон). Симфонический оркестр Союза ССР. Дирижер Владимир Кожухарь. Запись 1988 г.;

Пластинка. Григорий Херсонский. А. Вивальди, И. С. Бах, В. Моцарт;

И. С. Бах. Ария из Сюиты № 3 ре мажор; Ж. Б. Сеналье. Аллегро из Сонаты ре минор; В. Моцарт. Ария «Песня Laudate Dominum» из «Vesperae Solennes Де Confessore»;

В. Моцарт — В. Бурместер. Немецкий танец ре мажор; А. Вивальди — А. Стасевич. Аллегро из Концерта Гроссо ля минор, аранжировка — Г. Херсонский;

Г. Форе — П. Казальс. «Пробуждение», аранжировка — Г. Херсонский; Э. Биго, Е. Изувер. Вариации для тромбона и фортепиано;

Ж. Г. Ропарц. Концертная пьеса для тромбона и фортепиано.

«Вспоминаю, как записывали с известным дирижером Владимиром Марковичем Кожухарем и Гос.оркестром симфонию для тромбона с оркестром Эрнеста Блоха с моим соло», — рассказывает Григорий Херсонский. «На репетиции было отведено немного времени. С дирижерской стороны все было четко, и мне игралось легко. Результат превзошел все ожидания. Я горжусь этой записью, как и воспоминаниями, связанными с этим!».

+++

А Владимир Кожухарь, в свою очередь вспоминает вот что.



Гастроли в Японии


«Прошло много лет, я работаю в Киевском театре оперы и балета. Мы на гастролях в Японии. После одного из концертов подходит ко мне человек и протягивает диск: «Подпишите автограф, маэстро!» Ну, что ж, не привыкать. Достаю ручку. Думаю, интересно, что за запись на диске? Это было начало 90-х годов, и диски были в новинку. Смотрю и глазам своим не верю.


«Государственный академический оркестр СССР. Дирижер Владимир Кожухарь, солист Григорий Херсонский. Э. Блох, „Симфония для тромбона с оркестром“.


Оказывается, фирма „Мелодия“ продала в Америку какой-то звукозаписывающей фирме много записей из своих фондов. Конечно, без нашего с Григорием разрешения, и дивидендов от этого мы никаких не получили. Уверен, Херсонский об этом и не знает!»

От автора. Узнав историю с автографом в Японии, Григорий Херсонский искренне удивился. В 1990 году, перед выездом в Израиль, он обратился в Государственный комитет СССР по телевидению и радиовещанию с просьбой дать, продать, сделать копии записанной им за многие годы музыки. На что получил категорично отрицательный ответ: «в связи с вашим отъездом за границу, ваши записи размагничены». Что же это творилось? Состроили хорошую мину при плохой игре. Человеку сказали, что записи его уничтожены, а сами...



В 2005 году оркестру было присвоено имя Евгения Светланова.

В настоящее время Гос. оркестр России — один из ведущих симфонических оркестров мира. Коллектив дает концерты, как в России, так и за рубежом, а также делает многочисленные записи.

Главными дирижерами оркестра в разное время были: Александр Гаук — 1936–1941, Натан Рахлин — 1941–1945, Константин Иванов — 1946–1965, Евгений Светланов — 1965–2000, Василий Синайский — 2000–2002, Марк Горенштейн — 2002–2011, Владимир Юровский — с 2011-го.

Известные тромбонисты оркестра: Константин Ладилов (1927-1983), Евгений Сущенко (1912-2004), Григорий Херсонский (р.1937), Владимир Щербинин (1896-1963).

Дирижеры доверяли его вкусу и опыту жизни


Евгений Федорович Светланов очень высоко ценил Григория Херсонского — вспоминают его коллеги по оркестру — и не только как классного тромбониста, но и как человека знающего, доверял его музыкальному вкусу и жизненному опыту. Часто интересовался его мнением насчет исполнителей — и не только для духовиков.

При оркестре был художественный совет, куда входили наиболее видные музыканты коллектива, в том числе и Григорий Херсонский. На конкурсах на замещение вакантных мест в государственный академический симфонический оркестр мнение этого органа было решающим. Евгений Федорович всегда прислушивался к мнению Херсонского, потому что знал, что он как никто другой объективен и справедлив. Никогда не будет тянуть в оркестр свое протеже.

Даже когда его сын Михаил играл прослушивание в оркестр, Григорий Михайлович высказал свое мнение по поводу каждого из предыдущих конкурсантов и.… извинившись, вышел. Сказал, что не может голосовать, так как далее в конкурсе будет участвовать его сын. Не имеет на это морального права.


— Григорий Михайлович, мы хорошо знаем, что на своем творческом и жизненном пути вам приходилось встречаться со многими выдающимися и интересными людьми. Расскажите о них:


— За 30 лет работы в Гос. оркестре СССР было так много встреч, концертов с различными известными деятелями музыкального мира бывшего Союза и с зарубежными музыкантами, что в пору сесть за мемуары и это потянет не на один том. Яркие впечатления у меня остались от дирижеров Геннадия Рождественского, Мариса Янсонса, Валерия Гергиева, Владимира Кожухаря. Всех их всегда объединял высокий профессионализм, глубокое вникание в замысел автора исполняемых произведений. Обладание превосходным художественным вкусом давало возможность этим дирижерам блестяще раскрывать художественный замысел...


— Григорий Михайлович, через моих друзей из оркестра Национальной оперы Украины получил для вас теплый привет от хорошо вам знакомого Владимира Марковича Кожухаря. Узнав, что вы в полном здравии, живете и работаете в Израиле, он очень обрадовался этому. Вспомнил работу с вами в госоркестре Союза ССР, который часто приглашал Владимира Кожухаря на концерты, на записи и в заграничные поездки. Помнит запись с вами на фирме «Мелодия» в 1988 году (симфония для тромбона с оркестром Э. Блоха). Не могу не предоставить слово Владимиру Кожухарю.


«Григорий Херсонский — один из самых выдающихся тромбонистов современности»

«Играть в таком прославленном и блестящем оркестре как Государственный симфонический оркестр Союза ССР, исполнять партию первого тромбона, быть концертмейстером группы — значит, по рангу быть тромбонистом номер один в стране! Поэтому без преувеличения можно сказать, что Григорий Херсонский — один из самых выдающихся тромбонистов современности!», — говорит Владимир Кожухарь. И продолжает: «О Херсонском можно сказать, что у него были совершенный и мягкий тембр звука, потрясающая техника, прекрасное умение управлять течением музыки. Поющий тромбон был у него, не иначе! Это был выдающийся музыкант, как и сам наш руководитель Евгений Светланов. Для обоих музыка — образ жизни».


Григорий Херсонский продолжает


«Светланов нередко повторял: «Друзей у меня нет, а подруга — музыка».

Когда была панихида по нему, по его завещанию, на похоронах не было ни одного чиновника, а звучали записи оркестра. Я не раз дирижировал его оркестром, и такого звучания всех групп, как в нем, я никогда уже не услышу. Потому что там каждый музыкант был «Херсонский».

С оркестром мне приходилось ездить на гастроли во Францию и другие страны Европы, и мы со Светлановым по очереди дирижировали и Чайковского, и Скрябина... Я Евгению Федоровичу говорю: «Хочу так, как вы, исполнять», а он мне: «Не надо так, как я». А когда я дирижировал его произведения — обязательно просил разрешения сделать немного по-своему. Он отвечал: «Буду вам очень благодарен, если сделаете так, как считаете нужным».

А начиналась моя дружба с оркестром Евгения Светланова и его музыкантами на Всесоюзном конкурсе дирижеров (1966 год). Я прошел в финал конкурса и должен был дирижировать с оркестром Московской филармонии Кирилла Кондрашина. В программе — первая часть Четвертой симфонии Р. Шумана и сюита из балета Игоря Стравинского «Жар- птица». Ко мне подходит Кондрашин, а он был и председателем жюри, и говорит, что в репертуаре его оркестра нет «Жар-птицы», и он меня передает в Гос. оркестр к Евгению Федоровичу Светланову.

+++

Когда я занимался в аспирантуре Московской консерватории, по утрам я все время пропадал на репетициях оркестра Светланова, а по вечерам — на его концертах. Это была моя школа в музыке и в жизни, это моя аспирантура. Всем тем, что я сегодня есть, я обязан этому коллективу. Ему не было