Судьбоносный совет

Обновлено: 1 апр. 2021 г.

О бездна человеческого разума... или маразма... Его пути непредсказуемы. Умный становиться глупым. Глупец — мудрецом. Но чаще всего происходят не цунами в людских головах, а долговременный штиль. Иногда на всю жизнь. Словно в тихой гавани. Правда, запах береговой гнили слегка смущает... Но это пережить можно. Идёшь по берегу с закрытыми глазами, не опасаясь ни камней, ни ям. Всё знакомо до мелочей. Можно спать на ходу и... тихонько попахивать в унисон окружающего пространства. Настоящая идиллия. И если бы однажды на нашу тихую гавань не обрушилась девятибалльная волна, то и рассказу этому не быть. Гвоздарёв был именно тем человеком, о котором аллегорически описано выше. Тихим, скромным, посредственным. Звёзд с неба не хватал... ввиду того, что он о них просто не знал. Ходил по жизни с опущенной головой по одному маршруту: на работу и с работы. По пути в магазин разве что заглянет. В общем — не человек, а тень от него. Итак он жил сорок земных лет. И всё бы ничего, но... Однажды на предприятие, где работал Гвоздарёв, в соседнюю бригаду приняли парнишку допризывного возраста... Ах да! Совсем забыл! Наш герой имел особенную работу. Он заколачивал гвозди. Кому-то надо же гвозди молотком вбивать в доски, если предприятие, где он работал, выпускало щиты, поддоны, ящики для тары. Так вот. Именно Гвоздарёв и был главным забивальщиком гвоздей. И не было ему в этом равного. Его левая рука всю свою трудовую деятельность держала только гвозди. Правая — молоток. Работал он со своим помощником. Соседняя бригада из шести человек не могла и близко конкурировать с виртуозом. Сторонился его рабочий люд и завидовал. Пытались даже перенять опыт. Но... напрасно. Посмотришь со стороны на работу мастера — диву даёшься. Помощник, словно автомат, подкладывает полуфабрикат. А Гвоздарёв, наполнив левую кисть гвоздями, неуловимым движением выстреливает их по очереди и мгновенно, одним ударом молотка вгоняет в доску. Ни один робот в мире не смог бы сделать лучше эту работу. Начальство просто сияло, глядя на героя производства. Не скупилось на премию и стыдило окружающих за неумение перенять трудовой опыт товарища. И никто даже не мог догадаться, в чём же его секрет. Да и он сам не знал толком. Работал, и всё. Но случилось не предвиденное. Из соседней бригады ушёл рабочий на пенсию. А вместо него взяли молодого парнишку. Вот он всё и испортил. Можно сказать — погубил гения труда. Уничтожил всю славу предприятия. Хотя... смотря как на это посмотреть. А дело было так. В один из рабочих дней... Вернее, в первый день работы паренька, наш передовик преспокойно вгонял гвозди в доски. И раз! И два! Правая сторона. И раз! И два! Левая. Итак ладно у него получалось, что просто невозможно глаз отвести. Виртуоз, одним словом. Петенька — так прозвали юношу за тонкий голосок и костлявую фигуру будущего солдата отечества, не смог пройти мимо циркового номера. Он раскрыл от удивления рот и, не мигая, смотрел на настоящего труженика. И раз! Конец доски прочно занял своё место. И два! Второй конец пришит намертво. Прошло минут двадцать. Обеденный перерыв паренька подходил к концу. А он ни на шаг не придвинулся к столовой. - Петенька! - окликнул его бригадир. - Через десять минут обед заканчивается. А ну, быстро иди жрать! Петенька не откликнулся. Правая ладонь опустилась на затылок и стала усердно его чесать. Глаза паренька закрылись. В голове молодого человека происходили сложные умственные процессы. Через мгновение он мотнул головой и решительно направился в сторону стахановца. Поздоровался. Попросил уделить минутку своей персоне. На что Гвоздарёв недовольно поморщился и плавно опустил рабочий инструмент на колени. - Чего тебе? - Я просто восхищён вашим мастерством. - проговорил Петенька. - Глядя на вас со стороны, могу с уверенностью сказать, что ваш профиль олицетворяет пролетариат, вколачивающий решающий гвоздь в крышку гроба ненавистной буржуазии. Гвоздарёв улыбнулся. - Но... есть маленький изъян в траектории удара, - продолжил юноша. - И если немножко подкорректировать, то вы бы могли без труда заменить знаменитую скульптуру с серпом и молотом, и стать символом социализма в нашей стране. Он таких речей Гвоздарёв смущённо закашлялся и благосклонно разрешил Петенька подправить удар. - Вы замахиваетесь молотком из-за плеча. Кисть руки опускает молоток вниз. И его траектория смазана. Если вы чуточку приподнимете руку вверх и, не меняя наклона молотка, рубанёте по цели, то удар будет намного эффектнее не только внешне, но и эффективнее по силе, - доходчиво объяснил Петенька. Ударник производства согласился с молодым человеком и решил проверить новый метод работы с инструментом. Действительно, артистичность удара была на высоте. И сила его была ощутимее. А вот меткость подкачала... С места работы передовика производства увезла скорая помощь с раздробленными пальцами... Начальство было в шоке от случившегося. Напарника пострадавшего еле откачали, влив в дрожащие губы полбутылки водки. А Петеньку уволили в тот же день из-за профнепригодности. Через три месяца, после интенсивного хирургического и психологического лечения, Гвоздарёв вернулся на предприятие в качестве охранника производства. Для этой должности левая рука со сломанными пальцами не имела значения. Главное, чтобы правая могла крепко держать вверенный ему инвентарь. Пару выстрелов в тире доказали Гвоздарёву, что глаза на месте, и точности им не занимать. - Вот это да! - восхищался начальник охраны. - Да ты прирождённый стрелок! Гвоздарёв вновь приобрёл вес в глазах руководства. Его быстро выдвинули на передовую защищать государственную собственность. А ещё, через полгода, наш герой был участником республиканского марафона по стрельбе с пистолета. И здесь его меткость не имела равных. Пули влетали в центр мишени, как гвозди в доску. Но когда его рекомендовали знаменитому тренеру в ученики, Гвоздарёв решительно отказался от соблазнительного предложения. Все удивлялись его решению. Но, у нашего героя была на то веская причина. Учителя ему были больше не нужны. А спустя год он стал золотым призёром с мировым именем.


31 просмотр0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

А ты живи...