Созревшая месть

Жертвам школьного буллинга…

Созревшая месть (ripe revenge)*


Часть 1

Говори мне уже папа


В иллюминаторе с высоты 10 тысяч метров мир был похож на пёстрый ковёр. Поля - разноцветные прямоугольники. Реки – блестящие полосочки. Дороги - серые, словно-бы нарисованные карандашом линии. Машины - разноцветные мелкие мушки. - «А там - же люди куда-то едут. Хотят чего-то. Кого-то любят».

Под крылом самолета показалось море. Ростик посмотрел на часы, подумал - «Наверное Греция». Ему очень хотелось в страну древней Эллады. Но только с ней. С Алёной. С той, кого любил еще со школы.

Время шло, и Алёна менялась к лучшему, но так медленно. Может миллиметр, может два в такой неизвестно какой длинны дороги к выздоровлению. После школы Ростик (профессорский сын) заявил отцу:

- Я стану врачом, психиатром. Я вылечу Алёну , чего бы это мне не стоило.

- Ростик в мединституте работает преподавателем мой давний одногрупник Самуил Исаакович. Наши медицинские дороги разошлись, я стал хирургом а он психиатром. он тебе что-то подскажет ...

Сказано - сделано. Ростик с первого дня, как увидел на объявлении среди фамилий поступивших свою фамилию, твердо был убежден: Алёнка выйдет из постравматического страшного стресса, она выздоровеет. Он вытащит ее из бездны страха и слез.

Самолет уже был где-то над Венгрией. Тяжелые мысли Ростика не ​​пкидали. Видя такое отчаяние на лице пассажира симпатичная стюардесса, проигнорировав крики - требования злой бабушки, склонилась над Ростиком с вопросом:

- Что с вами? Вам плохо? Я могу чем-то вам помочь?

Ростик почувствовал легкий запах её дорогих духов и сразу отлегло, попустило.

- Нет красавица, спасибо. Мне уже легче. После вашего прихода значительно легче. Ну, может бутылочку водички без газа. - Красавица довольно улыбнувшись сказала:

- Один момент, сейчас будет.

Ростику сразу пришла в голову тема еще одной академической работы: «Аромотерапия и лечение психических заболеваний. Запахи известных брендов и их положительное влияние». Впереди четко вырисовывалось будущее профессорское звание и дополнительная преподавательская работа.

С этими мыслями он задремал. Посадка была «мягкая». В аэропорту ждал отец Алёны.

- Ростик здоров! - Ты говори мне уже папа! Давно пора! Что тебя уже почти год не было?

- Да я, папа, подтверждал образование и квалификацию. Я уже работаю, скоро еще буду преподавать в университете Иерусалима.

- Ну Ростислав Игоревич искренне позвольте вас поздравить! - Ростик расплылся в широкой улыбке. Видно что Алёнин отец смеялся над ним. Но-таки приятно.

- Как там Алёна? Спасибо.


* ripe revenge (англ.) спелая месть

- Так. Как Хатико тебя ждет. Но не плачет.

- Хорошо, что стресс прошел. Осталось еще одно дело устроить. Надо, только с профессором одним посоветоваться в мединституте.

- посоветуешься Ростик, посоветуешься, я тебя отвезу но сейчас Алёна ждет!


Домчали за часик. Ростика удивило количество новостроек. Но тихая улочка где жила Алёна с родителями была как зачарованная. Никаких новостроек. На вопрос

- Что так? - Алёнкин отец ответил:

- Вон тот крутой особняк видишь? Депутатский. А тот домик модерновый, бандита одного. Но депутата не выберут в очередной раз, бандита посадят или убьют и будут здесь высотки стоять. А Алёна так любит в саду под деревьями сидеть как ты ее приучил не бояться за дверь выйти. Вот она! Вот! Тебя ждет, я же говорил. А я с Риммой по делам должен отлучиться. Там Римочка приготовила вам с Алёнкой. Вы поешьте, поешьте, мы поздно вечером вернемся.

Алена ждала. Она стояла у калитки, куда раньше отводил ее Ростик. Алёна улыбалась. Это был хороший знак.

В присутствии Ростика Аленка переставала плакать, упершись головой Ростику или отцу в грудь, она лишь тихонько посапывала носом. Но молчала. Пока не произошло - это.

Прошел год, а потом еще семь лет. За ним прошло девять лет. Ростик стал дипломированным врачом психиатром во Львове. Он приезжал к Алёнке каждый день. Сначала в психиатрическую больницу. Затем приезжал домой к Алёнке и ее родителям. Алёна уже не плакала, она стала тихой и спокойной. Больше всего ей нравилось когда весной с деревьев в саду облетали цветы. Тогда она улыбалась.

Однажды, в очередной, но кто-же это мог знать, что в такой важный приезд в Украину, когда Аленка даже улыбнулась ему и сказала - любимый, Ростик достал школьный выпускной фотоальбом, дал Алёне фломастер. Пять обведённых фломастером лиц. У Ростика между лопатками холодок пробежал. Алёна отложила альбом, бросила фломастер и двумя руками обняла Ростика. Затем были безумные поцелуи, она сняла с Ростика одежду, помогла стянуть одежду и бельё с себя. Они любили друг друга, Ростик молчал, Алёна шептала слова любви! Она кричала в экстазе и Ростик понял - стресс прошел. Любимая вернулась к нему. Вернулась в мир.

Позади были долгие годы молчания, слез и постоянного ожидания Ростика. А у Ростика зрел план мести и, возможно, шокоспасения Алёнки. Для спасения шока не понадобилось. Хватило любви. Осталось зло на бездушных одноклассников. Ростик хотел, чтобы они почувствовали хоть капельку того ужаса, в который они погрузили его возлюбленную.

На девятый год Ростик поехал в Израиль. Фамилия мамы и все собранные документы позволили сделать репатриацию мгновенной. Доскональное знание иврита, английского, французского, польского языка, не говоря уже о русском и украинском языках, позволили получить место в едва ли не лучшей клинике. «Полиглот» стало не оскорбительным прозвищем. На самом деле это было настоящее бегство.


Часть 2

Бегство


Когда Ростика назначили и.о. завотделением в психиатрической больнице во Львове, начали приходить не просто родственники больных с вопросами, просьбами, коньяками и конфетами. Стали приходить с не совсем простыми просьбами: Вопрос наследства, собственности, недвижимости - чаще всего квартиры. Просьба признать владельца или владелицу большой квартиры в центре города, признать старого человека больным, инвалидом и за деньги, назначить опекунство. Все эти «махинации» обычное дело и в «постсовдеповском дурдоме» были только методом заработать немного денег к жалкой зарплате.

Но начали идти настоящие аферисты, они знали цены на элитную недвижимость и часто выполняли просто заказ хитрых бизнесменов, которым нужно было очень ту или иную недвижимость под ресторан, магазин или отель. Хосписы пополнялись безнадежными. Рестораны в центре города появлялись все новые и новые. Хорошие и «никакие».

Ростика коллеги не гнушались таким лакомым заработком. Тем более, старенькие «клиенты», с маразмом и деменцией а кто и с Альцгеймером. Всем им действительно был необходим опекун и постоянный уход. Постоянный уход назначал суд, за «немалую долю». Он был в деле. И хосписы, страшные «застенки», пополнялись несчастыми обреченными на медленное и часто мучительное «угасание».

Ростик не хотел играть судьбами людей. Семейные ценности и воспитание в интелигентной «медицинской» семье не могли ему дать нарушить клятву Гиппократа и пойти на дьявольскую сделку с совестью.

Финальной каплей стал приход почтенного господина в дорогом костюме.

После не простой напряженной смены Ростик добрёл в свой кабинет, спокойно сел в мягкое кресло заведующего, налил в маленькую рюмочку хоршего виски и тут кто-то аккуратно постучал в дверь.

Тот кто постучал вошел сразу не дожидаясь разрешения. Ростик молча поставил на стол второй, нормального размера стаканчик для виски, налил и приготовился послушать.

- Люблю людей действия - сказал незнакомец в дорогом костюме. Залпом выпил виски.

- «Хороший виски залпом глушит. Село неотесанное »- подумал Ростик.

- Я к вам, пан доктор, в очень деликатном деле. Я юрист, адвокат, моя клиент жена очень богатого, ну почти местного олигарха. Он страшный человек! Деспот! Он ее постоянно бьет, детей заставляет учиться там, где он говорит. Имеет любовниц, водит прямо к себе в дом. Ну должен сказать и я имея 4-х этажный дом с отдельным входом для себя и отдельно для жены, может-бы тоже водил ...

- Ужасно, только я не понял - я тут при чем? Это в полицию а не ко мне.

- К вам, к вам пане доктор. - Юрист извлёк из-под стола маленький кейс «дипломат», положил на стол и открыл. Там были доллары. Полный кейс. - Дело в том, пане доктор, меня попыталась нанять эта глупая женщина. Но ее муж, господин В. узнал об этом и заключил соглашение со мной первым. Его неразумная жена попыталась договориться с крупнейшим конкурентом господина В. А он с чисто мужской солидарности поехал к господину В. и всё ему рассказал. Раздела имущества, фабрик, недвижимости, домика на французской ривьере не будет. Будет палата в психушке. Здесь сто тысяч - аванс. Еще двести тысяч после того, как его, уже теперь вполне очевидно, не нормальная – сумасшедшая жена ляжет в больницу и полежит там год-два-десять лет, полечится.

- Вы в своем уме такое мне предлагать? - Ростик просто оторопел.

- Да пане доктор. Сумма гонорара может быть увеличена. А если вы плохо поняли и эта информация ненароком где-то ускользнет из этого кабинета мы сделаем предложение от которого невозможно отказаться.

- Я понял. Мне необходимо подумать. - Ростик сидел и думать не мог.

- Думайте пане доктор. Завтра я зайду и аванс будет вдвое больше. До встречи.

Ростик понимал, господин В. владелец фабрик по всей Украине, реальный долларовый мультимиллионер, для него стереть человека из жизни ничего не стоит. Пока ехал домой план уже был готов.

- «Давно надо было сделать этот шаг. Уже три раза звонили из «Ихилова» - мы тебя Ростислав уже заждались. Ты же видел отделение и даже свой кабинет? Где ты так задержался? »


Три дня назад скромная свадьба на 15 человек и судьбы Аленушки и Ростика объединились. Они были счастливы. Такое тихое счастье, как сказать любимой, что необходимо быстро исчезнуть из Украины. Как?

- Вот так любовь моя, ты понимаешь? - Ростик рассказывал Алёне всю эту неожиданную историю.

- Ростик не сомневайся ни секунды. Я буду ждать время когда мы будем вместе. Мы же будем вместе?

- Аленка мы вместе теперь навсегда.


Ростик позвонил знакомой в кассу аэропорта. Билет был и когда солнце садилось Ростислав в кресле самолета пытался понять, как может так кардинально измениться жизнь? Может.

Часть 3

Преступление


Выпускной Ростика и Алёнки ничем не отличался от таких-же тысяч выпускных, то-ли праздничных балов, то-ли обычных возлияний по всей стране в этот день. «Золотой петушок», вполне приличное кафе. Хорошая кухня, музыка. И что с того, что в двух шагах от лесо-парка?


Выпускной:

Алёна попробовала аппетитный на вид салатик. Оказался совсем не таким, каким выдался на первый взгляд:

- Фуу, Ростик, что это они настругали в этот салат?

- Аленка, ешь пирожные. Я хоть знаю кто их пёк.

- Кто?

- Сестра моя, здесь все сладкое выпекали добрые люди. Злые не умеют печь. – Давай пойдем потанцуем, Ты такая красивая сегодня, глаз не оторвать.

Танцевали, обнимались. Ростик целовал Алёну и шептал ей на ушко слова любви. Было хорошо. После «медляка» включили что-то современное и очень зажигательное. Еще немного поскакали под Манатика и сил на танцы уже не осталось. Так, осталось на минут десять. Алена решила постоять-отдохнуть в удобном уголке. Не тут-то было. Ее заметили злые чужие глаза:

- Идём Лена потанцуем с ребятами, идем, ну-ка! Что ты здесь стоишь в уголке как мышка серенькая спряталась? Выпускной-же. Давай идём, идём. Что, кроме твоего Ростика уже нет никого? - Илона потянула Алёну в круг танцующих пубертатных подростков. - Подростки странно танцевали, делали экстравагантные движения, то ли конвульсивные подёргивания руками и ногами, то-ли вообще передсмертные конвульсии последней секунды. Такие теперь танцы?

- Я не хочу Илона, глянь на этих идиотов. Это что, танцы?

- Идём, идём «поскачем»!

Вот стол уважаемых и не очень уж уважаемых преподавателей, стол родтельский, здесь просто фестиваль - «кто самый крутой» и стол выпускников: прически, макияж, платье, кое-кто в кредит это дорогое платье покупал на последние деньги. Ребенку не жалели ничего. Но сегрегация была заметной. Кто-то приехал «Жигулями» или «Ланосом», а кто «Ленд Крузером", "Мерседесом Гелендвагеном" или новой «Маздой». «Ярмарка тщеславия». Но здесь все по давно расписанным неписаным в обществе правилам. Кто хвастался новой молодой женой, кто машиной, кто собой круто величественным - ненаглядным. И у кого дочь как модель выглядит. Где будет учиться: Англия, США, Франция? А может универ в Киеве? А может Львовский? Но не меньше. И то, это «нищебродство» все украинское, и так всем умным известно, что Украина - это не вариант для начала новой жизни. Бежать отсюда надо, бежать ..

Родители кучковались по интересам и статусом, преподаватели по статусу: директор, завуч, математик, физик, языковед, в самом кнце их стола тихо бухал трудовик и физрук. Праздник продолжался, музыка кардинально изменилась и к танцам начали вытаскивать своих, пока еще транспортабельных мужчин, их симпатичные молодые и моложавые женщины. Только трудовик с физруком продолжали молча пить, философски глядя на этот мимолетный Праздник жизни.

Алкоголь на столе подростков появлялся странным волшебным хитрым способом. Время потребовало идти курить, «до ветра», целоваться. Кто-то пошел искать места потери девственности, некоторые просто легли спать на креслах.

- Алёна, идем подышим. Там, наверное, сейчас хорошо, свежо. Девочки, некоторые, тоже с тобой хотели покалякать. Идем, идем, - Алёна даже подумать не могла- опасность рядом.

Подошел Ростик. Он был не на шутку взволнован:

- Любимая, я звонил домой, папа говорит у мамы приступ, надо скорую и все такое. Я должен ехать. Может чем смогу помочь?

- Ну да, ну да любимый. Езжай, езжай. Я здесь не пропаду в этом серпентарии. Он пойду к Анне Михайловне, классной руководительнице, рядом присяду. Она хорошая. С ней можно поговорить.

Опять подошли девушки и за руку потянули Аёночку «подышать». Вышли на улицу рядом с кафе. Девушки смело достали сигареты и смело закурили. Кто-то из ребят, вероятно, что Руслан, достал «косяк».

- Эй вы что? Чокнулись, ща унюхают! Все и конец забаве. Идем в парк, он пару метров за дорогой. Вся ватага двинулась в лесо-парк курнуть драпа, часть отказалась и вернулась в кафе. «Косяк» пошел по кругу. Алёна не поняв - как ее вытащили в парк со словами - я не курю вообще, извинилась и отказалась. А девушки по три тяги сделали и мир вместо стать хорошим и весёлым стал для них этапом зла и, как им теперь стало казаться - время на выяснение всей правды пришло! Они обступили Алёну со всх сторон и начали пинать:

- Ты Алёна сучка поганая, - сучара - подхватили одноклассницы. - не дала списать, ничего не подсказала, сучка ты злая. Папа твой фермер сраный, деревенщина тракторная уже наверное занес мешок денег за диплом? А?


- Девчёнки вы что? Что вы такое «морозите»? - Алене становилось всё страшнее а пинки превращались в болезненные удары по голове.

- Бейте эту суку - кричали завистливые одноклассницы. - Она ни с кем нормально не дружила, «ботан» несчастный! Как только Ростика она смогла захомутать? Подмешала ему чего-то? Ведьма жидовская!

- Да Ростик то сам жидок хитрожопый!

- Девушки вы что? Вы-же сами еврейки.

- Мы по папе, а ты по маме. Может мы и еврейки, но ты - жидовка! - Они били Алёнку во всю.

Ударившись головой о дерево Аленка потеряв сознание упала. Трое девушек - Жанна, Ангелина и Илона стояли сверху и тяжело дышали. Руслан с Орестом, сидя на корточках, залились невероятным обкуренным хохотом.

- Что ржете кони укуренные! - первой пришла в себя Жанна. - Лина, ты взяла, как я тебя просила скотч и ножницы?

- Илона достала из сумки баллончик с краской. - Мы все всё взяли, что ты кипишуеш?

- Ребята. Ну забычковали и помогайте нам это стерво поднять и прилепить к дереву!

За несколько минут Алену подняли и скотчем прочно примотали к старому дереву. Алена пришла в себя, начала плакать и просить:

- Девочки вы что? Что вы делаете? Что я вам сделала? Зачем это все?

- Это все, - Жанна была главным «судьей», - за то, что ты такая красивая, умная и честная сучка!

Она достала новые острые канцелярские ножницы, сначала обрезала волосы на голове Алёны, затем, разорвала всю одежду на ней, и с явным удовольствием обрезала бретельки на лифчике и трусиках. Аёна стояла приклеенная скотчем к дереву полностью голая. Она рыдала.

- За то, что ты себя считаешь лучше всех нас!

К дереву снова подошел Руслан. Вытащил из кармана лезвие для бритвы, снял с него бумажную обертку. Сначала он начал делать лезвием надрезы на руке Алёны, затем сделал кровавую черту на левой груди.

- Да ты настоящий маньяк Руля. Натуральный. Пошел нахрен Чикотило - Жанна не выдержала.

- Руля режь эту суку! Не бойся - Ангелина пидгавкивала со стороны.

- Ангелинка, это не правда, не правда. Я так никогда ни о ком не думала.

- Не называй меня этим дибильным именем - Ангелина еще раз ударив Алёну по лицу, достала баллончик с красной краской и нарисовал красную стрелу от подбородка Алёнки к паху по голому телу.

- Моё имя Лина! Ты слышала сука?

- Ну-ка укурки, встали, - побежали в детский сад здесь рядом, там могли в сутолоке горшки не помыть, ха-ха, принесите нам один полный поскольку картина не полная!

За десять минут ребята принесли два полных детского дерьма «бокала». Жанна с Ангелиной вылили это дерьмо с писяшками и какашками Алёне на голову. Она не выдержала и потеряла сознание.

- Что пацанчики, видно что ща штаны вам треснут! Ха-ха-ха.

- А у нее же аппетитные сиськи, я бы вдул ей, - Русланчик не мог пропустить такой момент, чтобы не ляпнуть какой-то фигни. - Только вы, злобные сучки, ее дерьмом помазали. Пусть теперь ишак ее нюхает и е ...т.

- А че? Сильно хочешь Русланчик?

- Жанка. После такого шоу хочу. Сильно.

- Ну пошли в туалет, отсосу тебе, чтобы сперматоксикоз тебя не убил.

- А меня? А меня? - Ореста начала давить «жаба»...

- Тебя Орест сперматоксикоз точно не убьет. - Лина смело подошла к парню, взяла за «шкурки» и тоже потащила за собой. - Я не только отсосу ...

Тайна укреплялась кровью, деньгами или сексом. Об этом липовые золотомедалистки знали хорошо.

Утром собака Ляля гуляла в парке с хозяйкой. Едва избавившись от карабина и поводка собака мигом побежала между деревьев и тревожно залаяла.

- Ляля! Ляля! Ко мне! Иди сюда! - Ляля не вернулась а лай стал еще сильнее. Пойдя на поиски Ляли женщина увидела приклеенную скотчем к дереву окровавленную обнаженную девушку. От такой картины начало трясти, но на 102 позвонить она смогла. Алёнку забрала скорая в неотложную терапию. Утром там был уже отец, за ним Ростик с братом. Затем милиция всех прогнала под предлогом - опросить жертву надругательства. Но экспертиза показала: сексуального надругательства не было, значит изнасилования тоже не было и дело лишь о хулиганстве. Опросы жертвы не дали никакого результата: Алёна молчала. Совсем. Она перестала разговаривать. Медики развели руками: посттравматический синдром и такой-же стресс, и когда эта девушка заговорит только Богу известно. Этот ужас длился 9 лет. 9 лет медленного приближения к свету, к любви.


Часть 4

Месть


На десятый год, как раз совпало со сборами выпускников, план созрел. Ростик прилетел в Украину, после годичного отсутствия, подготовки к приезду в Израиль Алёнки, устройства всех дел на новой работе, аренды квартиры для всех кого любит и хочет видеть в своем доме, начал готовиться к мести. Месть уже дозрела ...


Прошел год разговоров с любимой по Вайберу и в Скайпе, произошло то, что изменило жизнь навсегда. То, что произошло год назад и по сути было неотвратимым.

Он не видел Алёнку уже почти год. Сердце разрывалось - «как она там без меня?». Эта поездка должна была стать решающей. Ростик принял решение. Надо посоветоваться с «бонзой» психиатрии и действовать.

Ростик забрал профессора на хорошее пиво и доброе слово. Посоветоваться:

- Профессор, что скажете? - Ростик в очередной раз за бокалом пива приставал к известному в медицинском мире, бывшему своему преподавателю: