По кругам ГУЛАГА 1. АРЕСТ (по А. Солженицыну)


Как Вергилий Данте вёл по аду,

Так и ты сопровождаешь нас,

И течёт среди людского стада

Твой почти евангельский рассказ,


Как в Гулаговском беззвёздном мраке

Круги ада обретали плоть,

И в холодном лагерном бараке

Умирал ещё раз наш Господь.


Только не один за всех, а в каждом,

В каждом, кто посажен под замок,

Доходивших, угасавших граждан,

Умирал опять за всех нас Бог.


АРЕСТ


Вот ворота мрачные зияют,

Хотя вид у них совсем простой,

На ворота люди напирают

Неохватной горестной толпой.

Каждому своя досталась мука,

Но, момент исходный был один:

В спящий дом после звонка иль стука

Проходило несколько мужчин.


И полы грязнились сапогами,

И металась в панике жена,

Заворачивалась снедь в пергамент,

И блестела за окном луна.


И дрожали её мужа руки,

Кто готовился уйти во мрак,

На ходу застегивались брюки

И трещал разорванный пиджак.


Ну, а после мужнина увода

Начинался обыска раздрай

И трещали стулья и комоды,

И насилье било через край.


Всё летело при осмотре на пол,

Разрывалось, резалось, рвалось,

Цепкою НКВД-шной лапой

Мялось, рассыпалось и лилось.


И бинты срывались, и повязки,

Распелёнывались груднички,

Я вам не рассказываю сказки,

Не втираю вам, друзья, очки.


Я не очевидец, слишком молод,

Слишком поздний мне достался год,

Просто сильно прошлым я уколот,

И ещё - мне жалко мой народ.


Как всё было - знают очевидцы,

Знают те, кто просто не дожил,

Как всё было, нам щебечут птицы,

И несутся звуки из могил.


Я продолжу, кое-как ответив,

И к аресту всё же я вернусь,

Хотя знаю - от упреков этих

Толком никогда не отопрусь.


Исчезали ценности в итоге,

Только места не было слезам,

Оказалась голова в залоге,

Так зачем реветь по волосам.


Многих брали прямо на работе,

Вызвав предварительно в местком,

График был разнообразно-плотен -

Дом, работа, отпуск, снова дом.


Были для кого-то исключенья,

Им казалось, даже повезло,

Их аресты, словно приключенья

В ресторане, в поезде, в метро.


К ним подход бывал довольно тонкий,

И сценарий скроен бы на ять,

Их водили за нос, как ребенка,

Что во двор пустили погулять.


Два иль три движения свободных –

И попал в расставленный силок,

Кончился короткий летний отдых,

Начался огромный зимний срок.


Вот и всё – и кончилась свобода,

А для многих жизнь, как ни прикинь,

И кирпично-каменные своды

Заменяли тебе неба синь.


И уже ты над собой не властен -

На оправку, стой, вперёд, назад,

Ты уже в тюремной волчьей пасти,

И тебя уже, браток, едят.


6 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все