• Zeev Rivin

Мы вернемся.(От руин к надежде). Исторический роман

Традиция прошла через века. Любовь сильнее смерти. Два сердца встретились в огне отчаянной войны иудеев за свободу. Восстание Бар-Кохбы в древней Иудее потрясло Римскую империю. Для его подавления император Андриан бросил почти половину армии Рима. Поражение привело к изгнанию выживших, но семейная традиция, бесценная реликвия прошли через века. Они дошли до наших дней потому, что прошлое не исчезает в небытие, оно питает настоящее и живет в нем.

«Трещина мира проходит сквозь сердце поэта.»

Так сказал когда-то Генрих Гейне и был прав.

Русский по крови, я всегда ощущал эмоциональную связь с судьбой еврейского народа.

Что касается древней истории, то она в значительной мере покрыта мраком.

По большому счету, имелся лишь один серьезный источник: «Иудейская война» Иосифа Флавия, послужившая материалом для одноименного романа Лиона Фейхтвангера.

В одном из основополагающих произведений античной литературы- «Записках о галльской войне» Юлия Цезаря – про Иудею нет ни слова.

А между тем эта территория, источник главных мировых религий, всегда находилась под пристальным вниманием, служила предметом притязаний.

Прочитав роман Зеэва Ривина, я испытал желание сказать:

– Шма Исраэль!

– то есть

– Слушай, Израиль!

Слушай патетическую, скорбную историю о восстании под предводительством Шимона Бар-Кохбы, которую знают даже не все евреи, не говоря о прочих.

Роман «Мы вернемся» является и историческим произведением и трогательной историей отдельно взятых людей, которые отражают сущность своего народа.

Документальные факты, на которые опирается автор, переплетены с человеческими эмоциями, от чего роман создает иллюзию сопричастности, оказывает сильное воздействие на читателя.

Хочется подчеркнуть очень важный момент.

Роман посвящен еврейскому народу, он полон мельчайших деталей иудейского быта начала прошлого тысячелетия, на страницах звучит ивритская речь. И в то же время произведение насыщено интернациональным, общечеловеческим началом.

Одним из центральных персонажей является грек Леонидас, который проходит через судьбу главного героя, Антипатра-Элияху. Этот мужественный человек не только был наставником мальчика, обучившим его боевым искусствам. В финале первой части ценой своей жизни Леонид спасает и Элияху и его жену Мирьям.

Написав историю двух молодых людей, принимавших участие в восстании Бар-Кохбы, Зеэв Ривин переходит в наши дни, рассказывая о жизни их потомков.

Судьба Израиля всегда была нелегкой. Во второй части романа мы переносимся в один из самых драматических периодов становления еврейского государства – 6-дневную войну 1967 года, в которой народ с трехтысячелетней историей отстоял свое право на существование, на государственную самостоятельность, на свою территорию и свой бело-голубой флаг.


(Песню «Кахоль ве лаван» на стихи Исроэля Рашаля я когда-то перевел по подстрочнику своего друга Бориса Гольдштейна и тем горжусь.)


Автор романа проводит параллель между нашествием римских легионов в античности и попыткой арабских государств уничтожить независимый Израиль.

И в этом видится преемственность времен.

Символично, что герои наших дней – смелые еврейские юноша и девушка – тоже носят имена Элияху и Мирьям.

Такой подход замыкает кольцо истории, подчеркивает преемственность поколений, напоминает о необходимости защищать свою родину, помнить об интересах своего народа.

Помимо исторической ценности и эмоционального настроя, отмечу еще одну важную деталь – как профессиональный литератор.

Зеэв Ривин четверть века живет в Израиле.

Тем не менее роман «Мы вернемся» написан прекрасным русским языком, какой не всегда встретишь у российских авторов, проживающих в русскоязычной среде.

Прочитав эту книгу, я с радостью констатировал, что в современной русскоязычной прозе появился новый автор, которому хочется пожелать всяческих успехов.

Виктор Улин, писатель

Мужеству еврейского народа посвящается.

«Время разбрасывать камни

и время собирать камни.»

Царь Соломон. Книга Екклесиаста.


Автор выражает искреннюю благодарность

писателю и другу Виктору Улину

за его неоценимую помощь на моем пути в литературу

и моему сердечному другу Борису Вербовецкому

за его добрые советы и моральную поддержку

в моей литературной работе вообще

и при написании этой книги в частности.

Предисловие

События, развернувшиеся в Иудее в 132-136 году н.э., многие историки называют не иначе, как Вторая Иудейская война.

Восстание возглавил Шимон Бар-Косиба. Он назвал себя Бар-Кохбой – сыном Звезды ибо в книге Чисел было пророчество о пришествии Звезды из дома Иакова.

Великий законоучитель, рабби Акива, признал его князем Израиля и Мессией.

Причина восстания – желание императора Андриана загнать иудеев в «прокрустово ложе» языческой культуры. Андриан решил построить на месте разрушенного в годы Первой Иудейской войны Иерусалима греко-римский город Эле Капитолина с храмом Юпитера на месте руин Храма.

Бар-Кохба, по сведениям историков, был харизматичной личностью, обладал незаурядным полководческим и организаторским талантом. Он был физически очень сильным человеком, что в то время играло немалую роль.

Римский историк Дион Кассий писал о том, что боевые действия имели ожесточенный характер. Иудеи, используя методы партизанской войны, наносили римлянам жестокие поражения и освободили Иерусалим.

Андриан был вынужден вызвать из Британии своего лучшего полководца Юлия Севера. По словам Диона Кассия, Север выбрал тактику выжженной земли. Сконцентрировав в Иудее тринадцать(!) легионов -колоссальную по тем временам военную мощь (примерно половина всей армии Рима), он начал, избегая фронтальных столкновений, методически уничтожать крепость за крепостью, деревню за деревней.

Римлянами было проведено 54 сражения, уничтожено 50 крепостей, сожжено 985 селений. В ходе восстания погибло 580 тысяч иудеев.

Крепость Бейтар, в которой находился Бар-Кохба, после тяжелой и кровопролитной осады была взята штурмом. Защитники, изможденные голодом, пали в бою, Шимон Бар-Кохба погиб.

Страшные репрессии обрушились на оставшихся в живых иудеев. Началось их массовое изгнание со своей родины.

Сведения о ходе восстания весьма скудны. Автор, не претендуя на историческую точность, постарался максимально следовать дошедшим до нас фактам.

Автор поставил перед собой цель увидеть события тех дней, чтобы показать их своему читателю, передать дух того времени.

Считая, что настоящее произрастает из прошлого, автор попытался связать события «давно минувших дней» и современность, показать, что в истории ничего бесследно не исчезает.

Часть первая

Исход

Глава первая

Лучи заходящего солнца освещали приближающийся берег. Очертания порта Кейсарии четко виднелись на горизонте. На маяке зажгли огонь. Крыши дворцов, находившихся недалеко от берега, еще сияли в солнечных лучах, в то время как менее высокие постройки уже находились в сумерках.

Римская трирема стремительно неслась к берегу. Ветер дул с суши, поэтому парус был убран и корабль шел на веслах.

–Увеличить скорость! – скомандовал капитан.

Гребцы изо всех сил навалились на весла. Корабль, вздымаясь на пенистых волнах, пошел быстрее. Капитан явно торопился. Он стремился попасть в защищенную гавань до наступления полной темноты.

С берега дул горячий, иссушающий лицо ветер, словно вся земля этой непокорной провинции горела. На палубе корабля стояли двое.

– Я их не понимаю, Север,– произнес один из них.

Он повернулся к попутчику.

– Я не понимаю этих иудеев. Чего они добиваются? Мы же свернем им шею, Север!

– Пока, что мы терпим поражение и ситуация, я полагаю, тяжелая, Урбик. Иначе я был бы у себя в Британии, а ты бы охотился на германских вепрей. Кстати, а что ты знаешь об этих иудеях?

– Что я знаю? – усмехнулся Урбик. Слышал, что они идиоты и фанатики. Эти иудеи носятся со своим невидимым богом, который якобы всюду и везде. Слышал, что они скорее готовы умереть, чем быть, как все!

– И это все, что ты о них знаешь?! Этого, Урбик, недостаточно. Я по пути сюда прочитал книги Иосифа Флавия и сделал для себя неутешительный вывод. Думаю, что война будет трудная и ожесточенная. Если тогда, при Веспасиане, они были разрознены, дрались с нами и друг с другом одновременно и, при этом, мы понесли тяжелые потери, то теперь, насколько я знаю, их ведет сильная и жесткая рука.

Корабль швырнуло на волне и Север, чтобы не упасть, вцепился рукой в канат.

– Этот, как его там, Бар-Кохба что ли? Я хочу знать о нем все! Самое опасное для полководца – пренебрежение к врагу! Это может дорого обойтись, уж я то знаю! Если не ошибаюсь, это третье крупное восстание в этой провинции. Урбик, знаешь ли ты об этом? Первый раз тогда, при Веспасиане. Потом при Трояне, когда Луцию Квиету пришлось наводить порядок, как в Иудее, так и в других провинциях, где есть иудейские общины. Теперь, через семнадцать лет, пришла и моя очередь.

Он глубоко вздохнул наполненный брызгами соленый морской воздух.

– Ну и народец! – произнес Юлий Север и, словно отягощенный какими-то мыслями, покачал головой.

Они стояли у мачты корабля плечом к плечу и вглядывались в приближающийся берег.

Секст Юлий Север, коренастый и широкоплечий, с волосами обильно окрашенными сединой. Косой шрам пересекал его левую щеку. Твердый взгляд серых глаз, жесткие черты лица. Они много говорили об этом человеке, о том, что он успел повидать на своем жизненном пути. Север считался лучшим полководцем империи, был наместником императора в Британии.

Легат Андриана Квинт Лоллий Урбик, был типом другого рода. Высокий, он был почти на голову выше Севера, и своей фигурой весьма напоминал медведя. Его живот говорил, что правитель Германии был большим любителем местного пива.

Теперь, по велению императора Андриана, они оставили свои провинции, пересекли всю Европу и срочно направлялись к берегам мятежной Иудеи.

Юлий Север получил от императора беспрецедентные чрезвычайные полномочия и приказ возглавить войска Рима в Иудее. Лоллий Урбик был назначен его заместителем.

Сведения, которые они получили в пути, были крайне неутешительными. Войска, находившиеся под командованием наместника Иудеи Тинния Руфа, были разгромлены. Срочно направленная ему на помощь армия римского легата в Сирии Публия Марцелла, также была разбита мятежниками.

Ситуация в империи была весьма напряженной. Иудейские общины повсюду в открытую поддерживали повстанцев. В других провинциях империи, простиравшейся от Британии на севере до Африки на юге, от Испании на западе до гор Кавказа на востоке, восстание в Иудее вызывало симпатию среди местного населения.

Это был весьма тревожный знак. Римская империя, казалось бы незыблемая, зашаталась. Император Андриан, почувствовав серьезную угрозу, отдал приказ подавить восстание любой ценой.

Воспользовавшись своими полномочиями, Север, еще в пути, начал рассылать приказы о стягивании войск в непокорную провинцию.

Юлий Север твердо стоял на палубе и напряженно размышлял о грядущих событиях.

– Клянусь Юпитером, он полный идиот! – вдруг воскликнул Север и посмотрел на своего спутника.

– Кто? – не понял Урбик.

– Руф! – кто же еще. Я получил доклад об обстановке в Иудее и о его деятельности. После решения императора о строительстве на месте разрушенного Иерусалима римского города, о возведении в нем храма Юпитера Капиталийского, мятежники начали готовиться к восстанию. Представь себе, Урбик, он этого не заметил! Ему некогда было! Вместо того, чтобы зорко следить за обстановкой, сорвать подготовку к мятежу, он занимался… решением своих финансовых проблем! Но и это еще не все! Этот… тупица вдруг похитил иудейскую невесту. И когда, прямо перед ее свадьбой! Урбик, ты это можешь себе представить?! Это все равно, что сунуть факел в стог сена. Но у этого…

Желваки заиграли на скулах Севера.

– У него такие связи в Риме!..

Весь оставшийся путь они проделали в молчании. Корабль причалил к берегу уже в полной темноте. Секст Юлий Север энергичной походкой быстро сошел по сходням на берег. Он посмотрел по сторонам и увидел офицера, начальника караула, спешившего к нему быстрыми шагами. Офицер остановился и поднял вверх руку в традиционном римском приветствии. Север ответил ему так же.

– Я, Секст Юлий Север, командующий всеми войсками провинции, – произнес он твердым голосом и посмотрел в лицо офицера. Я приказываю, чтобы через час Руф, Марцелл, Непот и все высшие офицеры, находящиеся в Кейсарии, были в моей резиденции.

– Да, но… сейчас уже поздно и вообще… – пытался произнести офицер, но осекся на полуслове, увидев выражение лица Севера.

– Я приказы дважды не повторяю!

Он сказал это таким голосом, что римлянин, едва отдав приветствие, бегом кинулся исполнять приказ.

– Коней! – громко скомандовал полководец.

Из ночного мрака вынырнули три человека. Это были два солдата, которые вели под уздцы лошадей, и офицер-кавалерист.

– Разрешите охране сопровождать вас? В городе неспокойно.

Север молча кивнул головой.

Через час в зале для приемов одного из дворцов, отведенного под личную резиденцию главнокомандующего, собрались десять человек. Они толпились вокруг стола, на котором спешно были расстелены карты провинции и переговаривались негромкими голосами. В зал вошли двое. Один – коренастый и широкоплечий, второй, следовавший за ним, высокий с могучей фигурой. Коренастый осмотрел собравшихся долгим взглядом и произнес:

– Я – Секст Юлий Север, главнокомандующий всеми войсками провинции. Это мой заместитель – Квинт Лоллий Урбик. Я наделен императором чрезвычайными полномочиями. Кто из вас Руф, кто Марцелл, и кто Непот?

Вперед вышел толстяк.

– Я Руф, – произнес он.

– Кто Марцелл?

Марцелл ранен. Камень из пращи попал ему в голову. Он лежит без сознания. Марцелл вел свой Третий легион Галлика. В долине Римон они попали в засаду мятежников, легион потерял треть состава…

– Что за чушь вы мне несете?! Как может легион попасть в засаду на ровном месте?

Север в ярости стукнул кулаком по столу.

– Здесь нет густых лесов, как в Германии или горных ущелий, как в Пиренеях! Здесь невозможно устраивать засады! Руф, я требую объяснений!

– Я пытался разобраться, – промямлил Руф, но оставшиеся в живых командиры говорят о разверзшихся вратах Плутона, об иудеях, которые, как гарпии напали со всех сторон, но я разберусь…

Север буквально прошил взглядом Руфа.

– Теперь разбираться буду я! Кто-нибудь знает, что с Непотом?

Вперед вышел офицер.

– Правитель Аравии Тит Атерий Непот ведет два легиона, Второй Траяна и Двадцать второй Дейотариана. Он в двух неделях пути от нас. От него был гонец.

– Понятно. Руф, доложите обстановку.

После доклада в зале наступила гнетущая тишина. Север склонился над картой. Он долго молча изучал ее, потом поднял голову и посмотрел на окружающих.

– Все отвратительно! Я не услышал информации, необходимой мне для ведения войны. Я приказываю, в течении трех дней доложить все, что известно о мятежниках и их вожде Бар-Кохбе. Теперь о наших силах. Я привел с собой два легиона из Германии и Испании. Они должны прибыть через несколько дней. Это 10 Гемина и 9 Испанский. Насколько я знаю, легионы 3,10, 6 и 5 движутся с севера.

Север замолчал на минуту. Только желваки ходили на его скулах. Потом он продолжил.

– Судьба Десятого мне уже известна. Как мне сейчас доложили, легионы 2 Троянов и 22 Дейотаров ведет Непот с юга. Каждый легион сопровождают вспомогательные войска. Я считаю, что ситуация в Иудее вышла из-под контроля. Император в гневе. По сему, я приказываю, в течении недели доложить мне о местоположении легионов. Урбик, – обратился он к своему заместителю, – ты лично отвечаешь за выполнение этого приказа. За всякую недисциплинированность, расхлябанность, я приказываю карать самым суровым образом! Я имею на то полномочия императора.

Север снова осмотрел всех долгим и тяжелым взглядом.

– Я хочу, – продолжил он, чтобы все осознали свою меру ответственности. Империя в опасности! Брожения идут во всех провинциях. Мятеж должен быть не просто подавлен. Он должен быть раздавлен так, чтобы все, кто пытается бунтовать, вздрогнули и замерли от ужаса. Война будет жестокой, но я это сделаю!


https://www.litres.ru/zeev-rivin/my-vernemsya/

15 просмотров0 комментариев