ИГРЫ NEMESIS

ИГРЫ NEMESIS

misterium fabulas*

ЮРИЙ КИРНОС

e-mail.: mauzermarketing@gmail.com

https://www.facebook.com/juriy.grytsyshyn

Юрий Кирнос (Грицишин)

Львов 20018

Перевод на русский Натания 2019

Илюстрация любезно предоставлена Надя Лисаковская https://www.nadiart.eu/

* misterium fabulas – мистическая история (лат.)

Ingressus*

Nemesis (Немезида) (греч. Νέμεσις) — одна из дочек Никс (Гесиод), богиня человеческой судьбы, покровительница общественного порядка, олицетворение наказания богов.

В переносном значении Немезида — кара, расплата.

Отвечают ли за грехи родителей дети? А внуки?

И что такое преступление? Разве убийство убийц – преступление или грех?

Этой истории уже более 80 лет, но эхо слышно и по сегодня.

Видел Настурцию? А Петунию? Нет? Ты вообще ничего не видел?

Да видел ты, видел! Вот они тут между грядками и травой. Настурция это цветок такой, а не имя красивой девушки.

Но это, как говорится, ещё цветочки. Вон ещё Виола, Бальзамин, а вот Маруня.

Груша Маруня. Огромная, старая груша,

посаженная давно, еще до войны. Как говорят евреи – до «Катастрофы».

Просто груша, старая высоченная груша. С такой жёсткой корой. И маленькие одичавшие груши родятся. Тучей налетают, радостно каркают вороны. И клюют груши. А они по одной падают, и, как камень, грохают.

Давно её нужно спилить, но кому? Некому пилить.

Лесь нискем не разговаривает. Хотя это и не имеет значения. Какая, в конце-концов, разница? Надо бы съездить к нему, тут недалеко от Львова, каких-то там 20-30 километров.

Попробовать с ним поговорить. Или с его мамой. Если удастся поговорить.

Ну, хорошо, потеплеет и поедем. А может и нет…

Когда ему легче, и он возвращается из своего мира, он и тогда ни с кем не разговаривает. Он просто сидит возле окна или на маленькой скамеечке в саду рядом с грушей.

Грушей Маруней.

Лесь может сказать всего два слова – «Файна зупа».

Какая зупа? Что это за суп? Почему эта «зупа файна»?

Никто – ни мама, ни доктор из психбольницы, ни женщина – экстрасенс не смогли понять – что это за зупа и почему она файна?

К Маруне каждый год прилетают наглые, крикливые вороны. Клевать маленькие, твёрдые как камень груши.

Воронам нравится.

Когда-то, ещё при поляках, Маруня посадила эту грушу.

Когда? Кто это уже помнит? “За Польщи”. Маруня, или Марыся, а может Мейра,

* Ingressus – вступление (лат.)

Может Мория, Мириам или Мария. Марунька.

Мириам немцы забрали в газовую камеру. А может и не забрали.

Что-то тут не то. Тайна какая-то.

Но немцы тут “при делах”.

Было известно, лишь то, что немцы виноваты в гибели Маруньки, её мамы, отца, братиков, всех евреев в селе. Всех.

Про грушку знала София, старенькая бабушка Лесика. Она “ходила” с Маруней. Софу староста села записал как дочку. Маленькая Софа Зельман стала Зося Крук.

Софийкин и Олеся отец, дед Леся, был мельником

в третьем поколении, но он уже был Крук, ворон.

Семья Круков раньше носила фамилию Млынарских, твёрдо считала себя украинцами до мозга костей, работягами занимавшимися измолом зерна. Хотя кем раньше был прапрадед Олеся, возникают вопросы.

А вот Маруньку никто и никак не записал. Она осталась Мириам Гольдберг.

Марунька совершила самоубийство.

После того как с ней “весело” провели время два местных полицая.

Гольдберг Мириам предпочла газовой камере верёвку.

Но про самоубийц не принято говорить. Тем более про жидовку*.

Староста, мельник Остап Крук, поехал в Сибирь после войны «валить» сосны. Там его сосна и прибила, а может и блатные за то, что он «падла» не здох во время войны, а немцам прислуживал.

Хотя, какое там – прислуживал? Просто спасал кого мог и как мог.

Да и вообще, он бывший мельник, кулак и пособник нацистов, «враг народа».

Софа стала Зосей, украинкой. Она начала стыдиться своей

настоящей фамилии, исправно посещала церковь.

Иногда вспоминала детство. Подружек, соседку Мириам.

Когда пришло время получать паспорт, ей казалось всё в прошлом – сном, всё забылось.

Традиционная местная юдофобия. Жиды* тут всегда были «не совсем правильными» людьми.

* Жиды – Галычына долгое время была в составе Королевства Польского (или Короны), с 1772 года – Монархии Габсбургов (Австрийской империи, с 1867 – Австро-Венгерской). В значительной степени из-за литературных норм польского (пол.Żyd) и немецкого (нем. Jude) языков украинцы Галычыны традиционно называли представителей еврейского этноса словом «жиды». Это слово использовали, в том числе, и сами сторонники иудаизма, хотя за переписью 1900 года, всего 5 % евреев назвали родным языком – украинский. Слово, как нейтральное и нормативное, зафиксировано в трудах украинских писателей-классиков – Ивана Франка и Васыля Стефаника.

Сын мельника тоже побывал «там, в местах не столь отдалённых». Олесь Крук молодой Львовский кондитер (ещё тогда – при поляках) назначенный судьбой убийцей убийц. Он стал «ликвидатором» и уничтожал тех, кто уничтожал остальной мир.

Гнат, сын Олеся, тоже ездил в далёкие края, но уже по своей воле. Лесь правнук мелника, внук кондитера.

Ты Немезида и с ним сыграла в свою игру.

Ветерок, мягкий летний ветерок, нежно перебирает лепестки цветов.

Тихо что-то шепчет, но Лесю безразлично.

Он сидит в саду возле груши на лавочке там, куда его за руку с утра привела и усадила мама.

Лесику всё равно. Ему безразличны цветы и их прекрасный аромат.

Он сидит в саду на маленькой лавочке.

Ему безразличен лёгкий летний ветерок и цветочки

с их пьянящим ароматом.

Он не в своём уме. То есть – он просто псих. «Чокнутый», тот кто просто «сбрендил».

Твоя игра, Немезида, жестока.

ЧАСТЬ 1

2000

Падаю

– Мам, мама, я за грибами. В лесу, наверно, после дождя хорошие поднялись? Слышишь, мам? Не слышит, а, наверно, к корове пошла…

Быстро собравшись и закинув на спину старенький туристический рюкзак для грибов, Лесь выбежал из дома.

– Лесю, слышу я, слышу. Ты позавтракал? Хорошо позавтракай. Не слышит. Скоро каникулы твои закончатся, что ты там в бурсе своей железнодорожной кушать будешь?

Железнодорожное училище на Левандовке* считалось престижным. Конечно же – железная дорога. Страна в стране. Лесю нравилось. И этот нескончаемо длинный коридор через всё училище, и преподаватели, и строгий, как «чёрт» но маленький, смешной директор. Лесю нравилось всё. Особенно нравилось в конце этого бесконечного коридора. В огромной аудитории, вернее – ангаре, где стояло 2 настоящих тепловоза. Точнее один дизельный, второй электро.

Такой невероятный запах больших и сложных машин вырисовывал в воображении Лесыка интересную и захватывающую жизнь в будущем. Просто вырисовывал.

Пахло нападавшими под ноги листьями, мокрой землёй и ещё чем-то странным. Лесь уже устал бродить по лесу. Рюкзак был полон грибов. Наверняка нижние помнутся, но тянуло в лес куда-то дальше, «там же ещё грибы, ещё краше!»

Когда-то давно дядька Славик говорил: – «Лесык, не ищи никогда той поляны, где грибам меры нет».

Дядька Славик старый грибник. Он про лес и грибы знал всё и Лесика учил. А ещё он железнодорожник. Машинист. Хорошая зарплата, льготы, железнодорожная поликлиника и больница. Для Лесыка, нет для мамы Лесыка выбор был однозначным. Ну и правильно.

Лесь сделал ещё один шаг, под ногой, что-то громко хрустнуло и он ощутил, что падает вниз.

– Эй! Эй, кто там к, курве-матери, упал в нашу нору? Пся крев, упал сюда и сломал нашу «крыивку»! **

- «Болит в боку. Я рёбра сломал? Головой точно долбанулся. Ударился рёбрами и башкой. В глазах темнеет. И вздохнуть тяжело. Куда это я упал? Кто это там сверху кричит?»

Лесь лежал на спине, в дыре наверху виднелась трава и корни деревьев. Лесь слышал рассказы о том, что в лесу могут быть старые бандеровские крыивки. Оттуда были слышны голоса.

- «Что, я свалился в тайную крыивку? Говорили, что в лесах иногда их находят. Чёрт, их же минировали. А ещё там могли быть боеприпасы и Шмайсер… И кто там сверху кричит? Чёрные археологи, грибники?»

Пахло дымком, потрескивал костёр.

- Давай вылазь звидты! Шо ты там сидишь, курвый сыну! Вылазь давай!

Лесь потихоньку вылез. Снаружи как-то странно было, то ли желтоватый, то ли красноватый свет. Какие-то подозрительные личности в старой обшарпаной странной форме.

Один рубил дрова, второй у казана куховарил.

- Что в яму упал? Ударился? – беззубый спросил.

- Да так немножко…

- И чего там встал? Иди сюда, присядь, сейчас файна зупа будет.

Лесику дали миску, ложку и щедро налили горячего супа. Видимо грибного, пахнул вкусно.

- «Грибной, что ли?» – думал Лесь.

* Межрегиональное высшее профессиональное училище железнодорожного транспорта во Львове, ул. Иванны Блажкевич, 14

** Крыивка (укр.) тайник – специально оборудованное помещение, которое использовалось войсками УПА в качестве укрытия.

- А как же, грибной, грибной! – снова захихикал беззубый.

- «Я кажется и не спрашивал! Или спрашивал? Или совсем сбрендил?»

- А вы кто? Археологи? – Лесю было страшно, но что-то же говорить надо.

- Ага, ха-ха-ха. Архе кто?

- Ну я, – начал один, – фирманом был. А вот этот – пёс его знает кем он до войны был?

- До войны? До какой войны? – Лесыку стало так страшно и так начало его трясти, что и миска, и ложка уже выпали из рук.

- Ккто Вы паньсство?

- Кто? А на кого похожи?

- Н-на п-партизан похожи...

- Хе, хе, ха, ха, ха, ха…

Один из «лесовиков» трясся и скалил полупустой рот, второй сидел хмурый, как ночь.

- Какой же ты, к курве-матери, партизан? Ты шуцманшафт* куревский! Кто жидов по селу ловил и немцам отводил?

- А ты? Пся крев, что не шуцманшафт? Фирман, да ты на говне разве что перед войной ездил! Что не держал так же ту молоденькую жидовку в сарае за руки?

- Она повесилась потом.

- Тьфу, тьфу на тебя и на всех этих жидов, их Гансы всех потом и так поубивали и спалили!

- А тебя свои прибили! Бандеровцы!

- А тебя москали. Тьфу!

«Лесовики» напропалую ругались. Олесь не понимал, что это. Тревожная мысль не давала покоя:

- Я провалился во времени? И почему небо такое, то ли жёлтое, то ли красное?

Лесык уже не ощущал ни рук ни ног. Трясло, как будто током било или ударило. А как бьёт ток, он уже знал по опыту из училища.

- Парнишка, это не ты провалился. Это мы тут застряли как мухи в говне или в мёде. И ни туда, и ни сюда. Ни вверх в рай, ни вниз в ад. Варим тут файну зупу и ждём какой-то «Аусвайс».

Лесь сидел на колоде, миска с супом давно выпала из рук. В холодной, как лёд руке, осталась только согнутая ложка. Он смотрел на «лесовиков», тело не ощущалось. Вдруг они умолкли. Они смотрели куда-то за Лесика, глаза стали большими и круглыми. Выражения лиц удивлёнными. Лесь сосредоточился, набрался сил и повернулся. За ним стояла молоденькая девушка в какой-то белой хламиде и спокойно смотрела на двух злых лесовиков.

- Ооо, курва мать, – простонал один, – смотри-ка, это Маруня, – ты что со шнурка оборвалась?

* Шуцманшафт (шутцманшафт нем. Schutzmannschaft), сокр. шу́ма (нем. Schuma), от шу́цман (шу́тцман нем. Schutzmann – сотрудник охранной полиции в Германии до 1945 года) – «охранные команды», особые подразделения, первоначально в составе вспомогательной полиции