top of page

Жизнь цветов

Есть на севере Израиля город Акко. История этого города настолько насыщена, что краткий путеводитель по нему может разбухнуть до нескольких томов. Только знакомых нам исторических личностей, связанных с Акко, десятки: фараон Тутмос III, ассирийский царь Санхериб, Александр Македонский, Антиох Великий, Юлий Цезарь, Салладин, Филлип Август – король Франции, король английский Ричард Львиное Сердце. Каждый из них не просто побывал тут досужим туристом, а воевал за этот клочок Средиземноморья и его порт, так удобно расположенный на перекрестье путей из Европы в Азию и в Африку.

В 1799 году город осаждал генерал Бонапарт, будущий император Наполеон, во главе 13-тысячной армии. И не смог взять. В конце концов, ему пришлось вернуться в Египет и оставить планы продвижения в Индию.

Во время той осады город был центром Сидонской провинции и владел им, от имени султана османов, Ахмад-паша по кличке аль-Джаззар («мясник» по-арабски). Понятно, какие личные качества принесли ему прозвище, которым Ахмад-паша гордился. Кстати, в его послужном списке уже была одна оборона; в 1773 году после двухмесячной осады он сдал подвластный ему город Бейрут российскому флоту.

Но тогда при нём не было такого советника, как Хаим Фархи, чью решающую заслугу в отражении шести общих штурмов города за полтора месяца осады отмечают все современники и последующие историки.

Фархи – выходец из семьи еврейских финансистов, влиятельных в администрации Дамаска, города и провинции. Сам Хаим поступил на службу к губернатору Сидонской провинции Ахмаду аль-Джаззару ещё до 1790 года, когда паша разместил свой двор в Акко. Фархи занял это место после казни предыдущего советника, Михаила Сакруджа, христианского купца.

Надо сказать, что Ахмад-паша полностью оправдывал своё прозвище, даже в отношении своих подчинённых. Приближённых и советников он калечил при любой, пускай и мнимой провинности. Не миновали истязания и самого Хаима. Ко времени осады у тридцатидевятилетнего Фархи по повелению Мясника уже был выколот правый глаз, отрезан кончик носа и левое ухо. Вот такие деловые взаимоотношения царили тогда в городской администрации Акко.

Тем не менее, это не помешало Хаиму Фархи сыграть ключевую роль в защите города. Как советник и правая рука аль-Джаззара, он непосредственно контролировал ход сражения против осаждающих французов. В кульминации штурма осадным войскам удалось пробить брешь в стенах. Понеся множество потерь при попытке проникнуть в город, солдаты Наполеона обнаружили, что Фархи и Антуан Де Фелипу – эксперт по артиллерии из эскадры английского командора Сиднея Смита, помогавшей осаждённым с моря, успели возвести вторую стену, отстоящую на несколько футов от старой, повреждённой. Открытие этого нового сооружения уверило Наполеона и его людей в том, что вероятность овладения городом нереальна. Осада была снята, и французы отступили. Некоторые считают, что обещание Наполеона, якобы сделанное во время этой кампании – вернуть землю евреям, после завоевания Палестины – должно было привлечь внимание Фархи и убедить предать своего хозяина, переключив свою поддержку на французов.

Несмотря на заслуги перед городом, конец Хаима был трагичный. После смерти аль-Джаззара в 1804 году, его мамлюк Сулейман-паша занял место главы пашалика (провинции) Акко. Сулейман продолжал работать с Фархи до своей смерти в 1819 году. Власть над провинцией он завещал Абдуллаху-паше ибн Али – приемному сыну и воспитаннику Хаима Фархи, сироте рано скончавшегося бея. Однако Абдуллах решил избавиться от своего приёмного отца, позавидовав его популярности и устрашившись его влияния. Фархи узнал о решении Абдуллаха-паши казнить его, но отказался бежать, полагая, что такое действие поставит под угрозу его собратьев-евреев в провинции.

21 августа 1820 года в резиденции Фархи в Акко появились солдаты, объявили его предателем и задушили. Так было принято – производить экзекуции на дому, чтобы не выносить сор из избы и не дать казнимому высказаться при скоплении народа. Семье было отказано в разрешении похоронить отца. Всё имущество было конфисковано, а тело Хаима брошено в море. Семья бежала из Акко, пытаясь добраться в Дамаск. Вдова Фархи, не выдержав сурового путешествия, скончалась по дороге.

В Акко до сих пор стоит резиденция Фархи, но она закрыта для посетителей. В старой части города есть также площадь, названная в его честь.

А я себя спрашиваю, что заставляло такого человека, как Фархи, хранить верность самодуру и садисту правителю, несмотря на все пережитые издевательства и вопреки посулам врагов? У меня вывод один. Ответственность. Обычная ответственность перед семьёй и соплеменниками.

P.S. Почему так названа статья? Подготавливая текст, я просматривал сайты на иврите и, решив сократить время перевода, воспользовался электронным транслейтером. А тот выдал мне перевод имени и фамилии Хаима Фархи как «жизнь цветов». Перевод не совсем корректный, но символичный. Все мы цветы под сапогом Судьбы.



При подготовке использовались материалы из Интернета.


В качестве иллюстрации – знаменитое изображение суда Ахмада аль-Джаззара. В красном плаще и с повязкой на глазу стоит Хаим Фархи.


01 октября 2020 года

12 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все