top of page

Времена не выбирают.Роман. Глава 7.


Когда он подошел к своему дому, небо уже начало сереть. Под натиском рассвета звезды стали бледнеть и таять. Из темной шляпы ночь доставала новый день. Сергей пожалел, что не взял с собой ключ от квартиры и теперь придется будить родителей. Тихонько постучав, он неожиданно, слишком быстро, услышал шаги за дверью и удивился, что в это время в доме не спят. Дверь ему открыла мать. Как только он взглянул на ее лицо, сразу понял – случилась какая-то неприятность. Сергей мгновенно забыл, что хотел сразу показать свою медаль и рассказать, как прошли соревнования. Вместо этого он спросил:

- Что случилось?

- У нас обыск!

- Обыск?! – Поразился Сергей.

Он вошел и увидел в квартире, кроме матери и отца, еще троих мужчин. Один их них, довольно пожилой, с седыми волосами, сидел за столом и держал себя самоуверенно. По-видимому, он и руководил обыском. Двое других были моложе и стояли в разных концах комнаты. Высокий и худой, с прилизанными волосами, вынимал по одной книги из книжного шкафа, перелистывал и бросал их на пол. Другой, в сером костюме, приземистый и лысый, брал с трюмо фарфоровые статуэтки, переворачивал их и внимательно разглядывал внутренние пустоты. Сергей не сразу понял, что они не просто рассматривали вещи, а что-то в них искали.

- Это Ваш сын? – спросил седой, обращаясь к матери.

- Да, я Вам говорила, что он на соревнованиях.

- Мы из комитета государственной безопасности. – Седой повернулся к Сергею. - Постановление на обыск я уже предъявлял. А теперь, молодой человек, можно взглянуть на Ваши документы?

Сергей вынул паспорт и протянул седому. Он был шокирован, и никак не мог осознать, что все это происходит в действительности. Обыск. Ночью. Да еще КГБ. Все это напомнило тридцать седьмой год, о котором много говорили во времена правления Хрущева. Он пытался понять, в чем же их обвиняют. Но так ничего крамольного вспомнить не смог. Все же он решился спросить об этом у чекистов.

- И чем же мы обязаны Вашему визиту? – Он не смог скрыть неприязни.

Седой не торопясь полистал паспорт, и, возвратил его Сергею.

- Ваши родители подозреваются в укрывательстве материальных ценностей, похищенных у государства, другими преступниками.

- Что за бред. – Вырвалось у Сергея.

- Вот найдем ценности, тогда и узнаем бред это или нет. А пока, - он повернулся лицом к отцу, - я еще раз предлагаю добровольно сдать деньги, драгоценности и другие ценные вещи.

- Нет у нас никаких ценностей. А из денег - вон только получка была два дня назад. Это и все деньги. – Не сдерживая злости, резко и громко сказал отец.

Проведя всю войну на фронте, на передовой, неоднократно бывая в сложных, а порой и в критических ситуациях, он научился держать себя в руках, и оставаться спокойным при любых обстоятельствах. Сергей никогда не видел его злым или просто раздраженным. Он никогда не слышал, чтобы отец повышал голос, а тем более кричал. И вот теперь, первый раз в жизни, Сергей увидел, как он не может сдержать своих эмоций.

- Тогда нам придется искать самим. Но если найдем – для вас это кончиться большими неприятностями.

- А давайте искать вместе. – С издевкой в голосе предложила мать. – Может, и я что-нибудь найду.

Небольшого роста, слегка располневшая с годами, с резким и властным характером, она всегда обладала острым, как бритва, языком и часто пользовалась этим «холодным» оружием». Все, кто был с ней знаком, старались не давать ей повода для его применения.

- Обойдемся без Вашей помощи. – Отрезал седой. – У нас работают профессионалы. А уж они, поверьте, искать умеют.

- Да вы и так уже ищете. – Сергей кивнул в сторону чекиста, стоящего у книжного шкафа. – С книгами могли бы и аккуратнее.

Седой не отреагировал на слова Сергей, но взглянув на своего коллегу, сказал. – Ну, это только цветочки. Ягодки впереди.

Обыск, начатый еще ночью, продолжался почти до обеда. У Сергея создалось впечатления, что кгбешники и сами толком не знают, что искать. Они перерыли всю его библиотеку, перелистывая каждую книгу, заглядывали внутрь каждой статуэтки, отодрали заднюю стенку трюмо, отвинтили ножки у металлической кровати, двигали шкаф и диван, но котором Сергей всегда спал, прощупывали все мягкие стулья.

Сергей наблюдал за всем происходящим, сидя в сторонке. Когда дошла очередь до стульев, он не сдержался и нервно рассмеялся.

- И что Вас так рассмешило? – Раздраженно спросил его седой.

- Просто вспомнил, как Остап Бендер безуспешно потрошил стулья, в надежде найти в них бриллианты мадам Петуховой. – Сергей не в силах был остановить приступ нервного смеха. - И у вас результат будет таким же.

- Смеется тот, кто смеется последним. – Зло ответил седой. – А последним будете не Вы.

К обеду, когда обыск был закончен, на столе лежали сто пятнадцать рублей денег – остаток зарплаты родителей, полученной ими на своих работах пару дней назад, да золотые часы, которые отец подарил матери в день их серебряной свадьбы.

-Да, богатый у вас сегодня улов. – Съязвил Сергей.

- Тем не менее, мы все это изымаем до выяснения обстоятельств. – Седой достал бумагу и начал под копирку составлять протокол.

- Между прочим, эти часы я подарил жене несколько лет назад, на серебряную свадьбу. – Пробовал возразить отец. –Там, в коробочке еще сохранился техпаспорт со штампом магазина и датой продажи.

-Техпаспорт можете оставить себе. А часы мы изымаем. До выяснения. – Седой был непреклонен.

- Вы забираете все деньги. Нам даже не на что будет купить продукты. А до аванса еще две недели. – Возмутилась мать.

- Ничего. Одолжите у кого-нибудь взаймы. – Он пододвинул протокол. – Вот ознакомьтесь и подпишите.

И мать, и отец поняли, что все аргументы и разумные возражения не действуют. По очереди они, молча, прочли протокол и подписали его.

Кгбешники собрались и, уходя, Седой сказал:

- На этом этапе все! – И многозначительно подняв указательный палец, добавил. – Пока все. - А если понадобится, мы вас вызовем. И окинув взглядом квартиру, сказал: - Можете наводить порядок.

Как только они ушли, Сергей вопросительно посмотрел на родителей.

- Ну, теперь, может быть, объясните, что происходит?

Отец с матерью переглянулись.

- Не хотели мы тебе ничего говорить. Не к чему тебе эти неприятные известия. Но теперь придется. – Начал отец.