top of page

Владимир Глушков, русский парень с еврейской душой


Борис Турчинский



Я познакомился с Володей Глушковым в сентябре 1965 года, когда 13-летним мальчишкой стал воспитанником военного оркестра дивизии Вильнюсского гарнизона, которым руководил замечательный дирижер и прекрасный человек Иосиф Моисеевич Манжух. Коллектив был победителем конкурса в Риге, у него была репутация лучшего оркестра в Прибалтийском военном округе. В Вильнюсе коллектив хорошо знали и ласково называли «оркестр Северного городка» - по месту его дислокации.

Моя жизнь в Вильнюсе была наполнена новыми знаниями, все большим пониманием своего призвания и неуклонным движением в профессию.

Иосиф Моисеевич считал, что игра в оркестре исключительно важна для исполнителя, но, чтобы двигаться вперед, совершенствовать мастерство, необходимо в полном объеме овладеть теорией музыки и сольфеджио. Службу в оркестре я совмещал с посещением музыкальной школы — и небезуспешно: в последнем классе школы на Республиканском музыкальном конкурсе юных исполнителей на духовых инструментах в Укмерге, в номинации кларнет я занял первое место.

Кстати, впоследствии там же, в Вильнюсе, я поступил в музыкальное училище.

Оркестр "Северного городка"-Вильнюс, 1966.

… А тогда, в 1965-м, среди музыкантов я увидел немало воспитанников оркестра - ребят возрастом чуть постарше меня. Среди них был и тромбонист Володя Глушков.

Три года мы с Володей бок о бок играли в этом замечательном оркестре, а в 1969 году пути наши разошлись. Я вернулся в Украину, а Володя продолжал жить в Литве. Со временем он стал руководителем ансамбля народной еврейской песни «Файерлех» («Огонек») — это было огромным, значительным периодом его жизни. Затем работал звукорежиссером на национальном радио и телевидении Литвы. А в неспокойные 90-е ему не нашлось там места. Зная талант Владимира как композитора, аранжировщика и отличного звукорежиссера, его пригласили в Москву, где он работал главным звукорежиссером каналов НТВ Москва и НТВ-плюс.


Московская встреча


Москва-2007

Почти 40 лет спустя, в 2007 году, благодаря возможностям интернета у нас состоялась потрясающая встреча в Москве.

Тогда я спросил моего старого и доброго друга, как получилось, что он, русский парень, вдруг почувствовал любовь к еврейской народной музыке, а полюбив ее, стал писать «еврейские» песни и инструментальную музыку, сделал массу аранжировок для ансамбля «Фаерлех» — коллектива, заслужившего признание и большое уважение знатоков жанра, называемого «клейзмерская музыка»? Не могу дословно воспроизвести ответ Володи — ведь прошли годы — но смысл и атмосферу его рассказа я запомнил очень хорошо и постараюсь воспроизвести его с максимальной точностью... Давайте считать этот разговор небольшим интервью.

«Вопрос и легкий, и непростой. Начну с того, что все было делом случая. В жизни многое происходит по воле случайностей, часто переходящих в очень серьезные вещи. Привела меня в этот коллектив настоящая любовь к красивой, умной и энергичной девушке, участнице танцевальной группы еврейского эстрадного ансамбля при Доме профсоюзов - Алле, которая впоследствии стала моей женой. Познакомившись с ней в 1969 году, я много раз присутствовал на репетициях ее ансамбля (у которого и названия на тот момент не было).

Я просто сидел, смотрел и слушал, как ребята играют и танцуют. Со многими из них я был знаком — с кем-то ближе, с кем-то только поверхностно... Трудно вспомнить, в какой момент я почувствовал, что еврейский мелос оказался как бы внутри меня и мне это очень нравится. Не буду скрывать, я и Алле хотел доказать, что я человек талантливый и могу творить «на ее территории».



Ансамбль «Фаерлех»

Ну, дальше, Борис, ты уже многое знаешь... Первой своей задачей я посчитал сделать коллектив профессиональным по уровню - а это было непросто: ведь я сам этому только учился. А в первую очередь надо было много трудиться именно мне — для начала переслушать много еврейской музыки - и делать это нужно было быстро.

Не хочу сильно хвалиться, но мы с ребятами достигли многого. Нас поддержало министерство культуры и правительство Литвы, начались гастроли. С гордостью можно сказать, что мы были чуть ли не единственным еврейским коллективом в Союзе. Не мне тебе рассказывать, как тяжело было пробиться, а главное, удержаться на достойной высоте с «еврейской темой» на территории нашей родины. И все-таки мы смогли!

Мы получили приглашение записать пластинку на Всесоюзной фабрике грамзаписи «Мелодия» в Москве. Первая грамзапись вышла под названием "Веселей играй". Потом еще одна. Были многочисленные гастроли по всему СССР. Интересная была жизнь, творческая! В годы перестройки я увлекся фотографией и быстро добился в этом успехов. Если собрать сделанные мною фотографии, они могли бы стать интересной экспозицией, посвященной еврейскому исполнительскому искусству Литвы того времени.

С распадом СССР все рухнуло в одночасье. Я работал звукорежиссером на Литовском радио и телевидении, очень любил Литву и дело, которым занимался, чувствовал себя востребованным человеком, и... Больно рассказывать, но я оказался не у дел».


… Тогда мы долго гуляли с Володей по ВДНХ, сидели в кафе, потом снова гуляли - до самой ночи. Говорили, вспоминали общих друзей по военному оркестру, нашего дирижера И.М. Манжуха, который относился к нам как к родным детям.

На следующий день Владимир показал мне свою студию по озвучиванию фильмов. Помню, как он меня представил своему коллеге и помощнику: «Борис Турчинский – Литва–Одесса–Израиль».


Я впервые оказался по другую сторону кино - до того я понятия не имел, как озвучивают фильмы. А между тем, занятие это требует особых знаний и мастерства. Владимир тут же провел со мной мастер-класс, объяснил, чем он занимается: «В студии звукооператор и звукорежиссер имеют возможность записать, если нужно, любой звук в отдельности и обработать его. Все можно синтезировать на месте, в приспособленном помещении. Для фильма, например, могут быть нужны разные звуки из нашей повседневной жизни. Шум мотора машины или катера, скрип калитки, конский топот, крик чаек или взрывы бомб...»

Кругом компьютерная техника. Рядом - какие-то комнаты: там воспроизводят большие шумы… В общем, интересно, и Владимир, как оказалось, в этом был спец!

Через полчаса демонстрации всего, что хлопает, журчит, хрустит или булькает, Володя отпустил своего помощника и достал магнитофонные бобины. Я сразу догадался, что это его музыка или аранжировки. И не ошибся.

Я долго с большим удовольствием слушал музыку к спектаклям, записи Володиного ансамбля из Вильнюса... Интересно, где сейчас все это богатство?.. — Увы, в интернете можно найти только небольшой аудиоматериал, который выложил наш общий друг, бывший музыкант ансамбля «Фаерлех» Илья Манжух, за что ему низкий поклон!


Посещение Останкино, где работал Владимир, произвело на меня впечатление. Я видел, с каким уважением к нему относятся окружающие и коллеги.

В тот же день Володя познакомил меня со своей дочкой Ингой, которая тоже работает на НТВ-плюс, и рассказал, что у него еще есть сын, который живет в Израиле. Сказал, что и он сам не раз бывал в нашей чудесной стране и вновь собирается ее посетить. Прощались ненадолго, а получилось - навсегда...

В своем завещании Владимир попросил родных похоронить его в Вильнюсе, где покоятся его родители.


...И сейчас, через много лет, я не могу вспоминать нашу последнюю встречу без волнения. Спасибо тебе, Володя, что ты был в нашей жизни. Спасибо тебе за доброту и талант, который ты посвятил моему народу.


Шел 1971 год...


Это было время тяжелого кризиса в еврейской художественной самодеятельности Литвы. Значительная группа ее участников добилась права репатриироваться в Израиль и покинула СССР. В это трудное время во Дворце культуры профсоюзов Литвы Яков Магид создал новый коллектив: вокально-инструментальный ансамбль еврейской эстрадной песни.

Владимир никакого отношения ни к этому ансамблю, ни к его участникам не имел, ничего не знал ни о еврейском искусстве, ни об особенностях еврейской национальной музыки. В этот ансамбль его, как он сказал, привела любовь — Алла Глушкова, которая через много лет, живя в Израиле, собрала всех, кого смогла, и организовала вечер, посвященный 50-летию еврейского ансамбля «Фаерлех». Самым добрым словом участники встречи вспоминали своего руководителя, Владимира Глушкова.


Я беседую с руководителем танцевальной группы ансамбля Аллой Глушковой.


— Алла, известен факт, что именно ты привела Володю Глушкова во вновь созданный в 70-х годах ансамбль еврейской песни и танца. Как все это было?


«Начинать рассказывать, как это было, наверное, нужно с фразы Володи: «В жизни много исходит от случайностей, часто переходящих в очень серьезные вещи». Так было и в тот раз.

Я танцевала в этом коллективе с 1969 года. Секрет Полишинеля, что у меня в то время был парень, который уехал в Израиль и ждал меня. В компании друзей я отмечала новый, 1971 год в ресторане «Жирмунай», а Володя играл там в оркестре. Правда, до этого мы уже были знакомы по школе, но тогда он меня никак не интересовал. А вот что было дальше — напоминало вихрь, торнадо. Ни одной минуты он не оставлял меня одну. Ухаживание, напоминающее сюжеты голливудских фильмов.


До Вильнюса семья Глушковых жила в Кисловодске. Там Володя учился в музыкальной школе по классу фортепиано. В Вильнюсе, как ты, Борис, уже говорил, Володя был музыкантом военного оркестра «Северного городка». В это же время он окончил музыкальное училище по классу тромбона. Затем его без экзаменов взяли в Литовскую государственную консерваторию на кафедру духовых инструментов. К сожалению, когда мы поженились, он бросил учебу... Хотел быть обеспеченным человеком.

Играл на свадьбах и в ресторанах. К нам домой несколько раз приходил его профессор из консерватории, пытался уговорить Володю вернуться к учебе, но все было бесполезно. Я тоже поддерживала идею продолжения учебы. Но Володин характер надо было знать. Его трудно было переубедить.

… Прошло огромное количество лет, и празднование 50-летия ансамбля «Фаерлех» состоялось в Израиле. Это был юбилейный творческий вечер-встреча «Концерт воспоминаний».

Идея проведения вечера, посвященного 50-летию ансамбля «Фаерлех», пришла мне в голову в одну секунду. Но до ее воплощения в жизнь предстояла большая напряженная организаторская работа. Прежде всего я взялась за написание сценария. Он должен был быть интересным и содержательным. Надо было найти фотографии и видео, которые, по сути, стали уже историческими. Связаться со всеми нужными людьми, найти спонсоров, привезти из Литвы сегодняшний ансамбль «Фаерлех»…

Каждое слово в текстах и песнях прошло через мое настроение, мое виденье. На это ушло много времени, бессонных ночей и масса энергии. Как все получилось — вам судить, но судя по откликам бывших участников ансамбля и поклонников нашего творчества – хорошо, и даже очень. Программа включала в себя песни и танцы, воспоминания участников ансамбля, много фотографий и видеороликов выступлений ансамбля разных лет. Все было очень трогательно».


В еврейской музыке, в ее специфике и интонациях он как будто обрел новое дыхание

… Со временем Глушков стал одним из основных музыкантов еврейского национального ансамбля. Он не только играл на тромбоне, но и аккомпанировал на рояле. Когда в ансамбле появились всевозможные электронно-клавишные инструменты, он и на них научился играть виртуозно. Увлекающаяся натура, со временем он попробовал писать оркестровки — и это ему с успехом удалось.

В еврейском коллективе, в еврейской музыке, в ее специфике и интонациях он как будто обрел новое дыхание, и вскоре первый руководитель Яков Магид передал Владимиру художественное руководство ансамблем, а сам остался в роли кларнетиста и солиста-вокалиста.


Под руководством нового руководителя ансамбль добился самых высоких результатов. Пробиваясь через барьеры цензуры, ансамбль приносил слушателям звуки радости и надежды, чувство причастности к музыкальной культуре еврейского народа. Ансамбль дал сотни концертов в разных городах Литвы и за ее пределами, участвовал в конкурсе «Вильнюсские башни-75» и стал его лауреатом, затем «Витебская осень-79», «Красная гвоздика-81» и т.д.

С ансамблем охотно выступали еврейские профессиональные певцы и артисты Г. Лев, Б. Ландау и другие. На творческой деятельности ансамбля плодотворно сказалось сотрудничество коллектива с советскими еврейскими композиторами и писателями: 3. Компанейцем, поэтом Х. Бейдером, последним еврейским писателем Литвы Б. Гальпериным.

Особенно много, охотно и с удовольствием не только консультировал работу ансамбля, но и содействовал его популяризации московский композитор Владимир Терлецкий. По его рекомендации в 1979 г. Союз композиторов СССР пригласил ансамбль под руководством Глушкова выступить в Москве. Концерт прошел с огромным успехом. Терлецкий добился права записать еврейскую музыку из репертуара ансамбля на студии грамзаписи «Мелодия». Так были созданы два виниловых диска-гиганта: в 1981 г. — «Шпил мер» («Сыграй еще...») и в 1984 г. — «Дэр аройсганг фун ди штерн» («Восход звезд»).


Музыка к спектаклям


Владимир Глушков написал прекрасную музыку к спектаклям Еврейского народного театра - «Скоморохи из Брода» и к комедии «Развод по-еврейски». «Скоморохи из Брода» в 1988 г. были показаны по Литовскому телевидению. Уточним, что первым спектаклем с музыкой Владимира был "Рейзеле".

***

Историческая память нашего народа хранит много тяжелых, непростых моментов. То, что в Литве (впрочем, как и во многих других республиках СССР) евреев не жаловали, привело к тому, что к 50-м годам прошлого века в Вильнюсе, практически, не осталось очагов еврейской жизни. Еврейские школы, театры и газеты были закрыты, книги еврейских писателей не публиковались, сами писатели были репрессированы или уже расстреляны.

Однако еврейское самосознание и на этом фоне дало ростки. Так, в 1956 году в Вильнюсе возник народный ансамбль еврейского искусства. Еврейские напевы на почти запретном языке теперь не просто напевали бабушки за закрытыми дверьми — они зазвучали со сцены. Публика удивлялась и рукоплескала.

Труппа состояла из 180 артистов. Молодые, задорные, отчаянные - они поверили в то, что все теперь будет по-другому, что раз они с таким успехом гастролируют по Литве и всему Союзу — значит, они могут менять реальность и дальше. Труппа путешествует на собственных автобусах, возит с собой не только декорации и костюмы, но и продукты. А в продуктах — запрещенную сионистскую литературу: учебники иврита, брошюры об истории Израиля, о еврейских традициях, иудаизме. Их везде принимают с восторгом, им рукоплещут, они верят в то, что они защищены и неподсудны. С 1956 по 1971 год ансамбль дал 280 концертов, на которых побывали 250 тысяч зрителей...


Когда украинский КГБ запретил их выступление в Киеве, они отправились в Бабий Яр и выложили на земле огромный Маген Давид из цветов и опавших осенних листьев. Эту акцию они повторили на 9 Ава в 1971 году в Литве: собрали 500 человек и отправились пешком в Панары, на место массового расстрела евреев. Там они снова выложили шестиконечную звезду, прочли поминальную молитву, а потом пешком отправились в Вильнюс. Восьмерых зачинщиков этой акции задержали и приговорили к 9 суткам ареста. Но сразу отпустили — первый секретарь ЦК КП Литвы Снечкус, узнав об этом, отреагировал резко: «Пока я жив, процессов над евреями в Литве не будет».

Дальше тоже не все развивалось гладко – теперь уже по другой причине: группа участников еврейской самодеятельности, оставшаяся в Вильнюсе после массовой репатриации в начале 70-ых годов, переживала шок: казалось, дни самодеятельности сочтены и все то, что было создано за 15 лет трудом талантливых руководителей, энтузиазмом и трудом сотен участников самодеятельности — хор, оркестр, Ансамбль еврейского народного танца, Народный театр — все это, казалось, было обречено на развал и быстрое исчезновение...


На фоне таких пессимистических прогнозов о дальнейшей судьбе еврейской самодеятельности Вильнюса и появился новый коллектив — вокально-инструментальный ансамбль еврейской песни (ВИАЕЭП) Якова Магида. Объединив вокруг себя нескольких еврейских музыкантов-инструменталистов и вокалистов, он, как говорится, оказался в нужное время в нужном месте.

Поначалу консервативная публика, привыкшая к еврейскому «народному», как считалось, звучанию струнного оркестра, без энтузиазма отнеслась к новшеству. Джазовый состав оркестра, да еще в соединении с ультрасовременными в то время электромузыкальными инструментами, да еще с широким набором ударных — это, с точки зрения скептиков, казалось посягательством на еврейскую традицию. Но вскоре стало ясно, что эстрадный ансамбль, созданный Я. Магидом, не только прекрасно вписывается в клейзмерские традиции еврейской музыки, но и делает ее звучание сегодняшним, глубоко волнующим и заражающим современными ритмами. Еврейская музыка и песня одержали победу над скептицизмом и недоверием.


К концу 1972-го года сформировался основной состав ансамбля:


Первыми были: ударник Йосиф Яновер, бас гитара Нема Хулин-Рабкин, скрипач Муля Глейзер, далее Магид — вокал, кларнет, саксофон, В. Глушков — фортепиано, тромбон, Ф. Герман (а затем Л. Шапиро) — электрогитара, Г. Кравец — ударные, А. Траубас — скрипка, Б. Кирзнер — скрипка, С. Либенштейн — скрипка. С ансамблем сотрудничали Г. Либенштейн, И. Браузас, И. Манжух, Ж. Ривина, Х. Каб, Ф. Курас и др. Вскоре к ансамблю пришло признание еврейской публики, а в 1975 г. коллектив был признан лучшим аккомпанирующим ансамблем республики на конкурсе «Башни Вильнюса». На то время руководителем ансамбля уже был Владимир Глушков.

Публике понравилось и запомнилось оптимистическое название нового ансамбля — «Файерлех» («Огоньки»), но, как выяснилось, по цензурно-бюрократическим причинам коллектив не мог пользоваться названием, поэтому ни в афишах, ни в программках ВИАЕЭП того времени название «Файерлех» не упоминается. Тем не менее, и участники коллектива, и зрители всегда, говоря об этом ансамбле, вместо длинного названия или сложной аббревиатуры произносили короткое веселое слово «Файерлех».

Официально же оно впервые появилось 10 лет спустя на грампластинке-гиганте, где коллектив «Файерлех» записал 11 песен. Эта грампластинка увидела свет при неоценимой помощи московского композитора Вл. Терлецкого, который активно содействовал популяризации ансамбля. Возможно, что для того, чтобы обойти цензурные препятствия, Терлецкий заменил название «Вокально-инструментальный ансамбль еврейской эстрадной песни», которое могло не понравиться цензорам, на «Ансамбль еврейской народной песни». И чтобы уж окончательно усыпить бдительность цензоров, добавил негласное название ансамбля — «Файерлех». В результате удалось почти невозможное: самодеятельный еврейский ансамбль выпустил свою пластинку-гигант, тираж которой мгновенно раскупили, сделав популярным его название и в СССР, и за рубежом. Позднее название «Фаерлех» появилось на афишах и в программках.


Представляю читателю дочь Владимира Глушкова, Ингу Глушкову


— Инга, мы с тобой познакомились в 2007 году на студии Останкино, где вы с отцом работали. Надо сказать, что я сразу почувствовал вашу духовную близость. Никогда не забуду фразу, сказанную Глушковым, когда он нас знакомил: «Это самый светлый и близкий мне человек, мое продолжение».


— Я окончила Институт Телевидения и Радиовещания в Москве. Кстати, работать на телевидении и в кино начала еще до поступления в вуз. До сих пор, уже 16 лет, работаю старшим звукорежиссером на первом в России цифровом канале НТВ+ и самом рейтинговом спортивном канале МатчТВ. Периодически работаю в кино над сериалами. Работой своей очень дорожу и люблю ее.

— Кем для тебя в жизни был твой папа? Мне показалось, он тебе больше чем просто отец…

— Я невероятно горжусь своим папой, до сих пор безумно его люблю и уважаю — как человека, как невероятно талантливого специалиста, как музыканта, как мудрейшего наставника, очень тонкого и грамотного учителя и самого лучшего в мире отца! Вы правы, для меня он был лучшим другом, учителем, примером для подражания, самым лучшим папой! Как многому он меня научил и как много я еще не успела у него спросить, узнать, посоветоваться. Папа был для меня лучшим другом, который всегда даст правильный совет и рекомендации. Он всегда шел в ногу со временем, бесконечно развивался, постоянно общаясь и подтягивая молодежь за собой! До сих пор армия его учеников вспоминает про сильного, справедливого наставника, человека, который и им был как отец...


— Инга, по мере твоего взросления, понимала ли ты, что у тебя талантливый отец, что он очень известен в музыкальных кругах Литвы?


— Конечно! В Вильнюсе мы жили в Старом городе, в самом центре. Сколько себя помню, у нас всегда дома было много народу, всегда звучала музыка, песни (причем песни еврейские). Папа с Яшей Магидом что-то слушали, переслушивали, без конца спорили, все думали, как сделать звучание более интересным. А мы с братом сидели, не мешали, наблюдали за всей этой «движухой». На концерты «Фаерлех» ходили, конечно, всегда всей семьей. Первый раз нас взяли с собой, когда нам с братом было где-то около двух с половиной лет. Помню, как нам нравилось все это веселье, атмосфера, танцы...


— Мне как другу хорошо известен период его жизни в Литве. Но я мало знаком — думаю, и мои друзья тоже, — с московским периодом его жизни и деятельности. Ты как никто другой можешь нам об этом рассказать.

— Когда мы переехали в Москву, папе очень повезло, что на телевидении только-только начал образовываться канал «НТВ-Плюс» и его сразу взяли в штат. Он свою работу обожал, очень дорожил ею, поэтому, наверное, и поднимался по карьерной лестнице, через 2 года став главным звукорежиссером телеканала. Параллельно еще очень много работал в кино и сериалах.

Назову лишь некоторые фильмы с его участием: сериалы «Паутина», «Полет аиста», «Московские дворики», «Одиночество любви», «Бесы», «Обрыв», «Следопыт», «Дети белой богини», «Такова жизнь», «Аннушка», «Голос матери». Папа сотрудничал с такими известными режиссерами, как Феликс Шультесс, Владимир Щегольков, Владимир Краснопольский, Владимир Златоустовский, Ходжакули Нарлиев, Александр Павловский, с композитором Валерием Гаврилиным, сценаристом и режиссером Виктором Мережко и другими.

На вопрос о его друзьях в Москве и в других городах России ответить затрудняюсь. У папы было много друзей из кино, ТВ и шоу-бизнеса, всех и не перечислить, а кто-то может даже обидеться! Поэтому просто скажу, что папиными друзьями в России были очень известные творческие люди.


— Расскажи нам о своих впечатлениях от творческого вечера по случаю 50-летия ансамбля «Фаерлех».


— Когда нас с мужем пригласили в Израиль на празднование, мы очень обрадовались. Во-первых, очень красивая страна, мои любимые родственники, друзья, вкусная еда и море. Что может быть лучше?! Во-вторых, детские воспоминания, связанные с еврейской культурой. Концерт был очень классным, шикарно организованным (Алла и Жанна, низкий поклон вам!). Столько эмоций, столько новых и старых друзей со всего мира, просто нет слов... Как будто окунулась в детство. Море фотографий, новых знакомств, масса эмоций на всю жизнь!..


Кларнетист Илья Манжух (Нюрнберг):


Шалом алейхем, дорогие зрители и потомки! Чтоб вы были здоровы, и пусть вас всегда преследует Удача! А самая главная удача в нашей жизни — понимать - кто ты и откуда твои корни, куда бы тебя ни забросила судьба!

Конечно же, идеи и программы нашего поколения уже в прошлом, и другие артисты продолжают радовать публику и сохранять еврейское искусство идиш. Но главное, что удалось сделать нам, — зажечь на пространстве бывшего СССР огоньки идиш культуры, которые и по сей день горят в наших сердцах. И хоть сейчас мы разбросаны по всему миру, нас объединяет память тех дней и ночей и согревает костер воспоминаний о том, как создавались ансамбль еврейской песни и танца «Фаерлех» и другие еврейские коллективы в Литве.

Мне было интересно и приятно работать с артистами ансамбля. С каждым годом коллектив становился все профессиональнее. Несомненно, это была целиком заслуга Володи Глушкова.

Атмосфера в коллективе была эмоциональной и творческой. Спорили до хрипоты, как исполнять то или иное произведение. Истина рождалась не всегда быстро, но всегда достигалась.

Истинным знатоком языка идиш и прекрасным исполнителем еврейских песен был Яша Магид. Великолепным певцом был и Файвл Курас. Прекрасно пели Галя Могельницкая, Мена Горнштейн, Сергей Либенштейн, Хона Кабас. Я застал таких великолепных инструменталистов, как Марик Рабкин, Леня Шапиро, Гриша Кравец, Муля Глейзер, Амос Трауб. Если я кого-то забыл, прошу прощения и надеюсь, что вы поправите меня.

Файвл Курас — солист-вокалист:


Ансамбль «Фаерлех» действительно добился прекрасных успехов не только в Литве, но и на всесоюзном эстрадном уровне. В Литве на конкурсе «Vilniaus bokstai» я выступал в качестве солиста, пел песню Володи Глушкова «Сердце» на стихи Эдуардаса Межелайтиса. Дошли мы до второго тура, где ансамблю было присуждено звание лауреата. Это было в 1979 году. Ровно через два года, в 1981-м, мы стали лауреатами конкурса «Красная гвоздика».


Стелла Аврутин, артистка танцевальной группы первого состава, - о праздновании 50-летия «Фаерлех» в Израиле 26 мая 2019 (Бат-Ям, Израиль):


— «Фаерлех», огоньки детства и юности, вечные огоньки в сердце моем. Помню всех, кого встретила вчера, - такие родные, будто не прошло 30 лет... Алла, Жанна, Галя с Сережей, Римма, Ася с Мишей, Файва, Лиза. А скольких не хватало... Майя, Фиола, Мишка, Арик, Рома, Олег, Софочка, Гриша, Вадим и, конечно, Аня... Нестареющая кадриль каждым притопом и аккордом отзывается в каждой точке тела, песни на идиш разливаются теплом родных голосов. Комок в горле: это мой первый концерт в роли зрителя.

Вихрь воспоминаний длиною в восемь лет (кажется, в детстве время бежало медленнее). Начало — в детской группе с Аллой, гордость и волнение при переходе во взрослую группу к Ане, репетиции, прогоны, выступления и последние пару лет — гастроли: Баку, Тбилиси, Рига, Варшава, Лодзь, Копенгаген, Москва, Свердловск. Фаерлех — огоньки мои... Песни под гитару в автобусах и поездах, ночь на московском вокзале, посиделки несмотря на полуобморочное состояние после двух концертов подряд, истории, шутки, танцы...

Фаерлех — огоньки мои, спасибо, что вы были в моей жизни. Спасибо, что вы есть. Спасибо, что остаетесь навсегда со мной.



Продолжая традиции


Традиция — это жизнь прошлого в настоящем. Традиция — это память и продолжение художественной культуры. Владимир Глушков, «русский парень с еврейской душой», сумел заложить профессиональные основы национальной еврейской культуры, незаслуженно отодвинутой на дальний план многонационального советского государства. Низкий русский поклон тебе, Владимир, от еврейской диаспоры Литвы и от всех любителей задушевной и веселой, грустной и жизнерадостной еврейской музыки!

298 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

Ему залили рот свинцом...

Ему залили рот свинцом, Пред тем лицо обмазав глиной, И с клёкотом, почти звериным Душа покинула свой дом. Взметнулась вверх, за облака, Оттуда глядя с горькой лаской, Как осторожная рука С его лица с

Comments


bottom of page